Де Шансон слушал с большим интересом, и шевалье продолжил:
— Помнишь щенков, напавших на тебя в позапрошлом году?
— Я же говорил, что был пьян и помню только драку! Да и то смутно. Причем тут те сопляки? Они же не убили меня, как эти твои «оборотни». Это я уложил двоих. Правда, когда упал без сознания, их сообщники раздели меня до нитки.
— Вот это-то и смутило. Но недавно на плаще жертвы я обнаружил кое-что!
Д`Гисборн достал испачканный бурыми пятнами плащ и расстелил на столе.
— Ну и что это? — де Шансон добросовестно попытался что-либо разобрать.
— Это отпечаток герба «оборотня». Очевидно, когда из живота жертвы хлынула кровь, она залила щит убийцы, и тут его накрыло плащом. А преступник не заметил этого, или же не обратил внимания. А теперь сделаем вот что...
Шевалье снял со стены новый щит барона, мазнул сажей из камина и оттиснул герб на белой скатерти. Увидев заметное сходство, де Шансон схватился за меч:
— Ах ты, сволочь! Ты хочешь сказать, что я...
Д`Гисборн мгновенно обнажил оружие:
— Надеюсь, что не ты! Даже почти уверен.
— Тогда ничего не понимаю!
— Я же спросил, помнишь ли ты щенков? Ведь их сообщники взяли твой щит.
Де Шансон в задумчивости опустил меч:
— Точно, мой щит!
На обоих оттисках угадывалась кабанья голова и роза.
— Вот сволочи-то!!!
— Успокойся! Теперь о деле. Мы предполагаем, что «оборотни», это такие же молодчики, как и убитые тобой. Необычная одежда, которая тебя поразила тогда, говорит, что эти мерзавцы, скорее всего, иностранцы. Потому и прячутся. Но кто-то им всё же помогает. Переводят же «оборотни» трофеи хотя бы в еду. Вот только на рынках Фалеза и вотчин иностранцы давно не появлялись. Так что мы решили покончить сразу с несколькими проблемами. А для этого необходим твой гарнизон.
— Я-то здесь при чём? — нахмурился барон.
Красивое лицо шевалье, со свежим рубцом от топора должника, расплылось в улыбке. Всё же, при всех рыцарских доблестях, барон до неприличия жаден.
— Тебе принадлежит большая часть леса. С нашей помощью можешь навести в ней порядок. Сразу разделаемся и с бандой Худа, и с «рыцарями-оборотнями».
— Заманчиво. Что предлагает твой шериф?
— С соседями мы договорились о неподвижном блокировании их частей леса.
— Правильно, эти трусы только на неподвижное и способны!
— Подожди, не перебивай. Латники шерифа, усиленные моей конницей, начнут прочесывание со стороны Фалеза. А ты, со своими вассалами, атакуешь со стороны Шансона. Мы зажмем этих бродяг в «клещи» и раздавим.
— И что? Мои солдаты смогут спокойно ездить с поручениями?
— Вне всякого сомнения! Кроме того купцы, рыцари, священники — все поедут через баронство, платя законный налог. На подготовку получишь 20 экю золотом. И, естественно, все трофеи с операции. А главное, закончишь историю с «оборотнями»!
Барон задумался. Всё, о чём говорил умница д`Гисборн, было верно. Ни купцы, ни соседи, с которыми де Шансон ещё не успел подраться, действительно давно не навещали его. И в первую очередь, из-за разбойников.
— Решено! — хлопнул он ладонью. — Где моё золото?
Шевалье отстегнул с пояса небольшой кошель и бросил на столешницу. Не оборачиваясь, пошел к отдохнувшему дестриэ. Его задача была выполнена.
Через два дня началась громадная полицейская охота. Однако барон решил одним ударом убить сразу двух зайцев — прочесать лес от разбойников, а заодно и посетить деревню Солми, что опять не заплатила оброк. Для этого он несколько «подправил» план. В направлении деревни двинулся лично, с лучшими воинами, чтобы собраться в ударную группу и забрать в Солми всё, что сочтет нужным. Как уже частенько поступал. Прочёсывание же продолжит редкая цепь всадников. В случае встречи с разбойниками они звуками рога призовут основной отряд. Ведь если учесть, что лес большой, то крайне маловероятно, что именно в этом месте произойдет обнаружение шайки Робин Худа или «рыцарей-оборотней».
Правда, смущало то, что всё сильное население деревни наверняка окажет сопротивление. А новое столкновение с идиотами крайне нежелательно. Они ведь продукты выращивают! Да и дерутся, как прижмёт, отчаянно. Так что бой не нужен. По крайней мере, до тех пор, пока солдаты не укроются в замке... Но тут в голову де Шансона пришла простая, но поистине гениальная мысль.