Они уверены, что нельзя подняться на вторую ступень, не ступив на первую.
Это практика. А есть еще теория. Ее изучают в классе, о котором уже рассказано.
Как устроен парашют, как с ним обращаться, как рассаживаться в самолете, как прыгать, как приземляться… Множество сведений получает солдат с помощью таблиц, грифельной доски, макетов. Потом берет в руки парашют, который станет его лучшим другом. О друзьях надо заботиться, их надо беречь.
Солдат узнает, что парашют весит 16 килограммов — ровно пуд, что площадь его 83 квадратных метра, что у него 28 пронумерованных строп длиной в 9 метров каждая, а 14-я стропа контрольная, на ней красная муфта. Он учится укладывать парашют — на длинных столах, на земле, на укладочном полотнище.
Сначала парашют тщательно осматривают, проверяют, все ли на месте, вдруг затерялась какая-нибудь деталь — в таком деле мелочей не бывает.
Потом укладывают купол, аккуратно подбирая стропы, как складной зонтик. Надевают чехол. Далее стропы затягивают эдаким специальным крючком, каким наши прабабушки застегивали высокие ботинки, когда еще не было в мире ни парашютов, ни самолетов. Затянули, застегнули.
Уложили купол на ранец.
Затянули ранец.
И, наконец, подогнали подвесную систему, чтоб не болталась, чтоб все было точно пригнано, исправно, удобно, чтоб нигде ничего не могло преподнести сюрпризов. И оформляют документацию — формуляр, карточку и пломбируют, а как же? Укладка парашюта — дело ответственнейшее — ее проводят, как описано, в шесть этапов, вдвоем и после каждого этапа въедливо все проверяют. В нынешние времена аварии с парашютистами — явление редчайшее. Но если происходит что-нибудь неладное, то никогда — по вине парашюта, всегда — самого парашютиста.
Поэтому, укладывая парашют, солдат всегда помнит — он держит в руках жизнь товарища, а тот — его!
Научились обращаться с парашютом на земле, изучили его, прыгали с макетов, с вышки. Постигли науку в теории.
Пора переходить к практике.
Первый прыжок!
Добавлю, первый военный прыжок. Потому что, как уже говорилось, он все же отличается от прыжка спортивного. Слов нет, кто прошел парашютную науку в ДОСААФ, тому много проще. Но, к сожалению, проходят ее там пока не все.
Первый прыжок всегда как праздник. Солдаты чувствуют бодрость, приподнятость. Потом будут и ночные прыжки, и высотные, и затяжные, на воду, на лес, со стрельбой, с метанием гранат. Тогда главным станет тактическая задача, внезапность, военная хитрость, находчивость, сообразительность. Тогда прыжок будет лишь средством достижения цели, вроде перебежки у, пехотинца. Это все придет. А в день первого прыжка главное его совершить!
И вот пылят по дороге мощные тупорылые ГАЗы, направляясь к бесконечному зеленому полю.
Здесь выросли на лесных опушках палаточные городки.
К первым прыжкам соединение готовится загодя. Как к празднику. А это и есть праздник. Куда ни погляжу, вижу всюду признаки его. Играет гармонист, красочные веселые боевые листки развешаны в расположениях взводов, замполиты ведут беседы, их окружают тесные ряды солдат и частенько доносятся оттуда громкие взрывы смеха.
Готовят стол, покрытый красным сукном, достают заветные коробочки — здесь после прыжков будут вручаться столь ценные для десантника значки — парашют, а под ним на металлической плашке скромная цифра — 1.
Потом плашку перевернут другой стороной с цифрой 5, потом привесят новые плашки, поменяется, быть может, и сам значок, и возникнут на нем красивые цифры — 100, 300, 500…
Кто знает, что будет: но первый скромный значок не забудет парашютист никогда.
А вот уже подъезжают полевые буфеты, над палатками пылают красные полотнища лозунгов, с бодрой песней шагают роты…
Праздник, большой праздник сегодня.
День первых прыжков это веселый конвейер, воздушная карусель.
Сотни солдат выстроились на поле с парашютами в руках. Строй медленно продвигается вперед — вот «Линия надевания парашютов», вот «Линия проверки командира взвода», «Линия проверки командира роты», наконец, «Линия проверки ПДС (парашютнодесантной службы).
И это не пустые названия. Проверка идет все время. Сначала сами солдаты надевают парашюты, без конца помогая друг другу, проверяя, поправляя, исправляя…
Офицеры, словно пчелы возле сот, суетятся вокруг, вновь и вновь проверяя давно проверенное, указывая, делая замечания.
Ряды медленно продвигаются вперед, надолго застревая у каждой «линии», где проверка все тщательней, а проверяющие все придирчивей.