За прошлые три года они столкнулись с множеством проблем. Сначала потребовалось много времени на восстановление после операции. Еще краски смазал шок, когда узнала, что Рей организовал им свадьбу без их присутствия. Протест сменился принятием. Это было необходимо для того, чтобы она выжила. К тому же над головой перестала висеть камнем депортация, обещая размозжить череп в любой неподходящий момент. Кирилл и его мать исчезли из жизни отца Рея после того, как он чуть не уничтожил их своими собственными руками. Особенно сильно перепало, конечно, Кириллу. Тот, как выяснилось, никак не пытался обелить себя в глазах матери, которая стала свидетелем недосемейных разборок. Старший Ривьера, который хотел связать себя узами брака с Маргаритой Витальевной, настоятельно рекомендовал им исчезнуть из их жизни. Стоит отдать должное Чезаре, ведь он всегда оставался холодным и расчетливым, в то время как Рей не всегда мог себя контролировать. Так или иначе отец выделил им средств на существование, чтобы первое время эти люди смогли жить нормально. Миша до сих пор не могла в это поверить, потому что Кирилл сломал ей жизнь, а теперь сам должен научиться жить и, как минимум, починить свою собственную. Радовалась ли она его провалу и тому, что его настиг бумеранг за все злодеяния? Нет. Каждому воздастся по делам его и поступкам.
Через год Рей и Миша сыграли вполне себе настоящую свадьбу, только без торжественной части, ведь брак у них уже был заключен. Это было очень небольшое празднество в семейном кругу и только с самыми близкими друзьями, которых девушка обрела после того, как сблизилась с Реем. Они разделили круг общения, а новоиспечённую супругу (это стало огромной неожиданностью, конечно) приняли, что говорится, хлебом и солью. СМИ тогда публиковало заголовки всех статей с тем смыслом, что Золушка стала принцессой, охмурив богатого наследника огромной корпорации. Было забавно видеть и читать то, что не являлось даже наполовину правдой. Некоторое время Рей снова усиленно пытался лечиться, но вскоре они сошлись во мнении, что в этом нет такой уж необходимости. Пусть Миша, пережив операцию, по состоянию здоровья не имела уже противопоказаний для беременности, не стала делать рождение ребенка центром их вселенной. Теперь, не имея препятствий, искренне хотела этого, но врачи из раза в раз повторяли, что шансы слишком малы.
Пустая квартира Рея в Голд-Кост уже через год стала выглядеть как уютное, семейное гнездышко. То, что когда-то было выполнено в суровом, минималистском стиле, наполненного гладкой мебелью и холодными цветами, теперь стало теплым и уютным. Мягкие декоративные подушки украшали диван, на стенах висели семейные фотографии, а воздух наполнялся ароматом свежих пионов, которые никогда не увядали на столе, сменяясь каждую неделю. Каждый уголок квартиры рассказывал свою историю: от разных кружек на кухне до эклектичных произведений искусства, которые они собрали во время небольших совместных путешествий.
Когда они освоились в новой семейной жизни, Миша находила радость в мелочах: вместе с Реем готовила ужин, лениво проводила воскресные утра и устраивала небольшие сюрпризы. Ривьера привнес в ее жизнь яркость, о которой он даже не подозревал. Он умел делать даже самые обыденные задачи особенными, превращая поход за продуктами в приключение, а день стирки в игру. Они всё еще иногда спорили и даже скандалили, но любой раздор заканчивался пылким примирением в спальне. Миша не стала устраиваться в компанию, где работает Рей и его отец. Нашла себя торговым представителем в автомобильной компании Ford, завод по производству которых расположился в окрестностях Чикаго.
Но безумие СМИ не утихло полностью даже спустя несколько лет. Время от времени на таблоидах появлялись новости с новым взглядом на их историю, размышляя об их отношениях, их финансах и даже их будущих детях. Миша смеялась над абсурдностью всего этого, а Рей закатывал глаза, ворча, что их любовь гораздо интереснее, чем может показаться журналистам города.
Однажды вечером, когда они сидели на балконе с видом на мерцающее озеро, Миша повернулась к Рею, ее глаза озорно сверкали. —Думаешь, им когда-нибудь надоест наблюдать за нами? - спросила она с дразнящей улыбкой на губах.
—Наверное, нет, - ответил Рей, откинувшись на спинку ротангового стула. —У нас слишком интересная история любви, которая интересна если не всем, то многим. В наше время везде вперед выступают деньги, создавая и разрывая узы, а в нашем случае заметно, что не они правят балом, - перекатывая задумчиво кольцо на пальце супруги, улыбнулся. Ривьера всегда держал её ладонь, даже если вокруг были сотни людей, смотрящие на них. —Хорошо, что они не знают, что как раз денежный долг и стал связующим звеном.