Козёл.
У Миши много вопросов касательно логики и последовательности действий мужчины. Сначала душит у стены, угрожая, потом проникается ситуацией и помогает. После этого словно теряет интерес и не пытается отыскать пропажу в виде бедовой задницы Герц, учитывая то, что она должна немаленькую сумму. А потом? Потом снова появляется, как Сивка-бурка, требуя назад свои деньги (но прямо об этом не заявляет, только подворачивает угли в огне, типа отсылки к ублюдку Тревису). Рей живёт в апартаментах и ездит на спорткаре. Будь Миша на его месте, даже бы не заметила потерянной цифры с несколькими нулями. Принципы? У неё вот этих принципов очень немного, ведь они роскошь, они для богатых.
—...такая смешная была, - продолжает, пока девка закатывает глаза, поднимая голову с рук. Серьезно думает, что ей должна понравиться эта новость? Вот скажи он, что на крыше есть относительно удобное место для секса, то, может быть, это действительно бы зашло. Выдыхает раздраженно.
—Смешная? - эхом повторяет. —Я тогда голодная была, как волк, пиццу ждала. Твоя пицца была не вкусной, - кривится. Почему сейчас вся ситуация, произошедшая тем вечером, кажется комичной? Даже уже не верится, что она угрожала этому типу пистолетом. Интересно, были бы в нем пули, выстрелила бы? Миша не задумывалась об этом. Где та грань, когда не убийца становится убийцей? Или, например, не шлюха становится шлюхой? Во втором случае, может, когда сама предлагает потрахаться за деньги? Эта мысль вызывает легкое чувство тошноты вперемешку с отвращением к себе. —Кто бы мог подумать, что спустя каких-то два месяца я буду выпрашивать себя трахнуть у того, кто хотел меня прихлопнуть. А он возьми и обломи, - Миша с задетым чувством собственного достоинства отталкивается от барной стойки, более или менее ровно шагая обратно к двери. Воткнулась в угол, но, вскидывая руки, извинилась перед стеной в надежде, что на светлом покрытии не останется части её мейкапа.
—Мне всё ещё иногда хочется тебя хлопнуть, Ми-ша, - в смысле "убить" (или в смысле "трахнуть" — этого в последнее время ему хочется даже чаще, чем иногда).
—Ты не обольщайся, - отзывается девушка, переступая порог и врываясь в яркий свет холла. Жмурится, пытается от него увернуться, закрывая ладонью глаза. Так и ослепнуть недолго. Слова Герц могли бы прозвучать так, что она предпримет еще пару попыток соблазнения, но: —Я вернусь в бар к своим знакомым и найду хуй более сговорчивый, - скалится в улыбке, топчась на месте у входной двери. —А ты сиди и кусай локти, - данная метафора могла бы показаться мужчине не совсем понятной.
—И всё равно будешь думать обо мне, жалея, что не я на месте более сговорчивого хуя, - Рей перекатывает меж пальцами металлические ключи. Взгляд не отрывает от девчонки. Пытается решить, похуй ему или нет на укол собственничества внутри. Чётко осознает: он не хочет д е л и т ь с я. Он уже успел свыкнуться с тем, что Миша немного ему принадлежит. Поэтому тоже затягивает всю эту историю с долгом, который ему уже не нужен. Свою тачку, которую Миша угнала из гаража самой первой, он вернул, но ей знать об этом было не обязательно.
Просто… если не долг, то вдруг неожиданно они окажутся в моменте, в котором их больше н и ч е г о не связывает?
Удивительно, но именно чувство незавершенности протащило Рея сквозь последние тридцать дней. Ивот они здесь.
—Думаешь, фотку мою с проколотыми сосками рассмотрел и все сюрпризы на этом закончились? О-о-о, - тянет игриво и хихикает, подводит указательный палец к своим губам в попытке успокоиться. —Я кладезь сюрпризов, - говорит так, будто вместо себя предлагает какой-то дохрена дорогущий ларец, обшитый бриллиантами. Внутри него можно обнаружить драгоценности, а можно обнаружить целое нихуя. Рей ту фотку вспоминает, когда пытается закрыть квартиру, и поэтому не может попасть в скважину с первого раза. Движения его немного смазаны из-за дофаминового разжижения в мозгу, но больше из-за ненужных сейчас воспоминаний. Ривьера, как только разберется с ключами, обязательно в поисках выступающего пирсинга бросит взгляд на соски, которые "вот-вот проткнут платье". Миша не сможет этого не заметить.
Девка облокачивается на зеркальную поверхность в лифте, приподнимая подол платья, где за краем чулка сверкнет лезвие скальпеля. Миша - девчонка непредсказуемая. Примерно как рояль в кустах. Рей кривит губы в усмешке, приближается ближе в шаг, нависая сверху. Губы так близко к губам, теплое дыхание ощущается на лице.