—Это совершенно не значит, что нужно прятаться за мешковатой одеждой. Безусловно, тебе к лицу, но не тогда, когда ты идешь на встречу к мужчине. Я сейчас найду тебе что-то более женственное.
—Рейна, я не на свидание иду, а буду участвовать в гонках. Понимаешь? Никто меня не будет там рассматривать.
—Будут, потому что ты новое лицо в их компании, а значит, уже интересна, - подруга исчезла с головой в шкафу, начав перебирать все вещи, которые могли подойти по случаю такого необычного свидания. Она действительно считала, что это свидание и Рейну не переубедить. Миша же пыталась справиться со своими непослушными волосами, уложив их так, чтобы они максимально прикрывали ушитую рану на лице. Оставалось меньше часа до приезда Ривьеры, и с каждой минутой волнение нарастало в геометрической прогрессии.
Через двадцать минут Миша уже была одета в черное платье до уровня середины бедра с глубоким вырезом сбоку. На ногах массивные мартинсы, на плечах косуха, а заключала образ небольшая сумочка. Поправив пальцами чокер на шее, деушка крутанулась у зеркала. Стоит признать, отражение в зеркале не могло не радовать. Образ дерзкий, но не вульгарный.
Рейна подошла сзади и поправила распущенную копну волос, струящуюся волной вдоль спины подруги. Обе были довольны проделанной работой, уставившись в отражение зеркала.
—Потрясающе, - заключила Рейна.
Ривьера, как и обещал, приехал к полуночи. К тому моменту Миша уже поделилась с подругой тем, что произошло после того, как она покинула с ним бар прошлой ночью. Озвучив все свои мысли и переживания вслух, Герц ощутила, как с плеч упал груз. Вся путаница с эмоциями оказалась не сложной головоломкой, и девушки пришли к выводу, что это вызвано тем, что Рей провоцирует интерес своей загадочностью. В нём действительно было много неизведанного, а потому хотелось стать тем человеком, кто сможет разгадать его тайны. Так уж случилось, что у Миши не было подруг, потому Рейна стала подорожником, который всегда можно приложить к ране. Выслушает, подбодрит, поможет не только словом, но и делом.
Усевшись в салон оранжевого Корветта, Миша столкнулась со знакомым ароматом горькой полыни и бергамота. За грудиной снова всё сжалось, словно легкие взяли в тиски, сдавив сердце. От этих ощущений голова шла кругом. Взгляд карих глаз внимательно проскользил сверху донизу и скрылся в темноте, когда погасла лампочка над головой вместе с закрытой пассажирской дверью. Повисло молчание, которое повлекло за собой неловкость.
—Выглядишь сногсшибательно, - комплимент Рей отвешивает так, что выбивает из легких воздух. Герц готова растечься по сиденью, но берет себя в руки.
—Спасибо, - буркнула под нос, поворачиваясь в сторону водителя. Кажется, если она подтянется к нему, то мужчина инстинктивно поцелует подставленные губы. Миша хочет этого, но из её глотки вырывается: —Как прошла встреча с организатором? - мужчина, как и всегда, одет просто и со вкусом: легкая ветровка, футболка и джинсы.
—Благотворно. Мы обсудили детали и скорректировали план, так что всё должно пройти спокойно, - кажется, Рей был доволен собой и тем, какую работу проделал сегодня. —Это важный день.
—Не люблю праздники, - Миша морщит нос, пристегивая ремень безопасности. Рей хмыкнул, но ничего говорить не стал, словно наперед понял, что ковыряться в причудах Миши не время и не место. Спорткар тронулся с рывком, покидая невзрачный жилой район. Там, чуть дальше, их ждал яркий Чикаго, который в полночь переливался и сверкал, как новогодняя гирлянда. Дорога пролегала через Великолепную Милю - северный участок Мичиган-авеню, идущей параллельно берегу озера. Город жил и пульсировал в окнах высотных зданий, в неоне вывесок, в сверкающих боках дорогих автомобилей и в отражении зеркальной глади воды в гавани, полной дорогих яхт. Побережье в этот час уже было пустым. Почти везде закрыты входы, не позволяющие туристам пробраться на закрытые территории. Пока Герц разглядывала набережную, заметила в отражении своего стекла пристальный взгляд. Развернулась, обнаружив, что Рей тоже смотрел в ту сторону. Или в её затылок?
—Красиво, да? - спрашивает, снова отворачиваясь и смотря вперед. Корветт урчал переливами, лаская слух и вибрируя под задницами.
—Да, люблю воду. Озера, реки или моря, не имеет значения, - Герц нервно гоняет вокруг пальца массивное кольцо, тоже уставившись вперед. Ривьера казался очень грубым и неотесанным болваном, но он чертовски внимателен. Это иногда пугало. Будто если дать слабину, то он залезет в мозг и начнет читать мысли.
—Именно поэтому я живу в небоскребе с видом на озеро.