Она лишь ухмыльнулась в ответ на его слова, а после осушила свой бокал до последней капли и тоже отшвырнула его от себя. Отлетев, он разбился об стену, разлетелся на мелкие осколки. А затем Синди залилась истерическим смехом, словно уже сошла с ума, прямо ему в лицо, а затем продолжила беседу.
— Я-то, наивность? На себя посмотри, ты думаешь, что все знаешь? О, я такой великий и всемогущий. Ха-ха-ха, не смеши меня. — смотря ему в лицо она все продолжала смеяться.
Успокоившись и собравшись с мыслями, она посмотрела в глаза отца и видела в них непонимание и капельку страха. Ей удалось это сделать.
— Неужели, ты уже испугался? — пыталась она его вывести из себя.
— Да как ты смеешь. — подскочил он с места — Виктор, возьми эту девчонку. — указал на нее, но Виктор не сделал ни шага.
Он обернулся к нему и стал кричать.
— Что же ты стоишь!? Чего ожидаешь!? — развернулся к нему полностью.
— Виктор. — произнесла его имя с спокойствием, а отец как раз посмотрел на Синди — Приступай.
Он положил свои руки на плечи отца и силой надавил на них, да так что он вжался в кресло.
— Удивлен? — задала ему вопрос, но вовсе не ожидая ответа.
Теперь уже Синди улыбалась своей коварной и удовлетворенной улыбкой. А Виктор тем временем приставил нож к горлу отца и надавил до такой степени, что по лезвию, капля за каплей, стекала кровь.
И только тогда, Синди увидела в его глазах, настоящий страх за свою жизнь. Она стояла и смотрела на него не понимая, что больше в ней жалости или ненависти к отцу.
— Ты, наверное, и подумать не мог, о таком. — вновь присела на против отца и налила себе новый бокальчик вина — Да любой другой бы человек, уже давно загнулся под таким давлением и издевательствами, но не я. — раскручивала жидкость в бокале — Действительно говорят, что я дочь своего отца. — отпив немного из него, продолжила — Какого смотреть тебе на лучшую и более жестокую версию себя?
— Да, действительно, я не ожидал такого. Ты застала меня врасплох. Но ты и вправду думаешь, что после такого уйдешь живой? — с ехидной улыбкой он спросил у неё — Наш кодекс чести не позволит тебе такого.
— Кто и уйдет от сюда в мешке для трупов, так это точно будешь ты. — отложив бокал, она нагнулась к нему и приставила свой указательный палец между его глаз – Полагаю тебе интересно, как мы все докатились до такого. Присаживайся по удобнее, сейчас я тебе все расскажу. — глазами посмотрела на Виктора, и он все понял.
Нож отпрянул от шеи отца, но он продолжал за ним пристально наблюдать.
«Как-то жил себе один человек и все его боялись, потому что он был главой мафии. Страшный человек, он делал всё, что придет ему в голову. Но однажды, он встретил молодую и красивую женщину. И как положено по сценарию сказки, она должна была его изменить и жили бы они долго и счастливо, но, к сожалению, этот человек был настолько отвратительным чудовищем, что любовь ему не была подвластна. А сердце, было настолько маленьким и черствым, что не способно было на милосердие. Та женщина слишком поздно поняла, что он не принц ее сказки, но к тому моменту, ее тело было все изранено и в синяках, а в добавок еще и она была в положении. Не зная куда деться, она хотела покончить жизнь самоубийством и забрать ребенка с собой еще в утробе, чтобы он не познал той судьбы, что ему уготовлена. Но как видишь, судьба распорядилась иначе. Узнав о пополнении семейства и о таком предательстве со стороны своей возлюбленной, он запер её в одной из своих комнат, где и держал до самого рождения ребенка. И вот настал долгожданный день. Это был день моего рождения, он должен был стать самым радостным днём в моей жизни, но по факту это был самый ужасный день, ровно до того момента пока в моей жизни не появился Энтони, но мы дойдем и до этого.»
— Так, а что же стало с той женщиной? — делая вид, что думает сказала она — Нет, не знаешь? — выдержала секундную паузу — Ах, точно, ее убили, как только она родила дитя. — заглядывая в его глаза она все продолжала разговор — Что? Я не говорила, что сказка будет с счастливым концом, хотя самое интересное еще впереди.
«Наверное, это было, самое милосердное, что ты сделал для моей матери. А потом ты переключился на меня. Как только, я начла ясно мыслить и говорить, стоять на ногах, ты сразу же всучил мне в руки пушку и начал мое обучение на твою должность. И все это было невыносимо, но особенно, мне запомнился один день, он был одновременно и самым ужасным и в то же время самым прекрасным. После него моя жизнь изменилась, она стала более красочной. Как будто на чёрном холсте появился маленький проблеск радости, счастья и надежды.»