Я внимательно прислушивалась к его словам, ожидая ответа.
«Мне нужно действовать быстрее.»
— Ну и еще, потому что, я одна вряд ли смогу сбежать от сюда. Твои силы и знания мне пригодятся.
«Решайся.»
— Что скажешь?
Словно я задержала дыхание перед его ответом. Словно сердце перестало биться и кровь перестала бежать по венам и артериям. И только сейчас, я услышала его голос, казалось, прошла вечность перед тем, как он ответил.
— Я согласен. Мы сбежим.
— Отлично. — и я задышала полной грудью. — Спасибо. — мелкими глотками вдыхала воздух.
— Все хорошо?
— Да, да, все в порядке. Кажется сейчас я упаду на пол.
— Тогда тебе следует присесть раньше, чем это произойдет.
— Мгм.
Уперевшись в так называемый подоконник, цепляясь ногтями за стену, медленно сползала ломая ногти и немного раздирая подушечки пальцев, опустилась на пол.
— Получилось?
— Получилось.
Все это время, я не обращала внимание на то, что находится за окном. Но сейчас, уперевшись плечом об стену, мой подбородок был вздернут, а глаза смотрели прямо на ночное небо и видели прекрасную большую луну, что, почти была полной. Ей лишь не хватало маленького кусочка и тогда она засияет ярче звезд.
— Как мы сбежим отсюда? — проговорила, любуясь ночным небом.
— В последнее время, я веду себя хорошо, а значит и кормить меня будут вовремя.
— Сейчас, ты думаешь о еде?
— Люблю поесть, но дело не в этом. Дослушай.
— Слушаю.
— Завтрак мне приносят ровно в семь утра. Каждое утро, мед брат стоит за моей дверью ровно в это время. После того, как он открывает дверь и отдает мне мой завтрак, то подходит следом к твоей и наблюдает за тобой. И если все в порядке, в данном случае для него, то просто уходит. А к тебе, мистер Шакс заглядывает после обеда, ровно в час дня.
— Почему именно в час?
— Не знаю.
— Если хотим уйти, то только в это время.
— А что дальше, как мы пересечем эту огромную территорию днем?
— Кто сказал, что мы будем делать именно в это время?
— А что нет?
— Нет. Желательно до ночи нам нужно спрятаться.
— Интересно где?
— А в этом нам с тобой поможет наша маленькая, доверчивая мисс.
— Кира?
— Да.
— Она знает?
— Нет, мы же сейчас это решили.
— Тогда…?
— Я знаю ее расписание.
— Наизусть?
— Она очень болтлива. Кира спрячет нас у себя.
— Думаешь согласится?
— Согласится. Не откажет.
— Я не думаю, что стоит ее просить. Это может навредить ей.
— Они не станут нас там искать. Будут думать, что хотим сбежать и пускай думают, что нам нужно сделать это быстро.
— Как ты заставишь их так думать?
— А кто сбегает по среди белого дня.
— Ну, у нас же нет ключа, так бы пошли.
— У меня есть.
— Что откуда?
— Украл.
— И никто не заметил?
— Нужно уметь красть и прятать вещи.
— По твоим словам, ты прямо агент 007.
— В жизни не все так просто. В одно мгновение мир может рухнуть.
— А что дальше? Если мы дойдем до этого места, как нам сбежать за ограждение?
— Помогут твои друзья. У них же есть машина. И, в отличие от остальных, их почему-то не досматривают.
— Стоит ли доверять тебе?
— А у тебя есть варианты?
— Нет.
— Отдохни, я разбужу тебя, когда придет время.
Сидя на полу, я только поняла, что мои ноги замерзли, а прикоснувшись к ним, почувствовала ледяной холод.
«Словно трогаю лед.»
Взгляд обратился на собственные руки, что освещал лунный свет. Передо мной привстала немыслимая картина моего тела. Разодранные руки покрывшееся еле затянувшимися шрамами. Хотелось заплакать, но слез не осталось. Хотелось кричать, но и мой голос успели отнять. У меня забрали все, и всех, оградили от мира и сотворили такое с моим телом. Некогда молодая девушка с фарфоровой кожей превратилась в нечто обезображенное. И я не могла понять, кто сотворил с ней такое, сама ли она или же те, кого она стала ненавидеть, те кто причинил мне больше всего боли и страданий. На кого нужно было выпустить свой гнев?
«Пора вставать.»
Зацепившись слегка ободранными ногтями за стену, я попыталась встать. Через боль, но у меня получилось. А после прошла к кровати и рухнула на нее.
«Мне нужно набраться сил.»
«Темно, раз.»
«Темно, два.»
И снова, я во власти сна.
Глава 30
«Не отпускай меня. Прошу.»
— Луна
— Вставай. — послышался голос, что раздался над моим ухом, отдавая слегка теплотой, а по шее непроизвольно прошлась волна мурашек.
«Такой до боли знакомый голос.»