— Если это гиперворонка, — медленно произнёс я, — то она некорректная. Нестабильная. Кто из неё попробует выйти — самоубийца. Его на атомы размажет по системе.
В этот момент сеть АВАК вздрогнула. Это был не испуг, а предупреждение. Как если бы вся моя «армия» одновременно ощутила запах хищника, который ещё даже не появился из-за кустов. АВАК тоже учуял противника, и сейчас предупреждал своего оператора о проблемах. Видение голограммы гиперпространственной аномалии на моем визоре поменялось, симбиот подсветил мне прямо центр пятна.
— Он выходит, — сказал, понял я. — Вот прямо через эту фигню!
И он вышел.
Сначала — тонкая, почти невесомая «нить». Полоса, похожая на трещину, которая вдруг решила стать линией. Потом — тихий хлопок, который наши системы услышали в десятках спектров сразу. И, наконец — материальный объект.
Он не вырвался из гиперпрыжка на скорости, как делали это корабли людей. Не было ни каких признаков торможения, ни каких маневров, чтобы компенсировать перегрузки. Он просто появился, как будто был здесь всегда, но до этого момента был невидим.
Денис тихо выдохнул:
— Это… капля? Твою мать, просто чёрная капля.
Я тоже проникся. Этот корабль СОЛМО не был похож ни на «охотника», ни на того светящегося «хранителя карантина», который встретил нас при прыжке в эту галактику. Это было что-то новенькое. Объект был размерами не велик, величиной с одноместный разведчик. Обтекаемый. Совершенно гладкий. Без стыков, без выступов, без понятной архитектуры. И при этом — выглядел мерзко. Это я его так воспринимаю, или моя сеть? Ответа у меня не было, но корабль и правда производил не приятное впечатление. «Наблюдатель» — название класса корабля, заглянувшего к нам в гости, возникло в моей голове, само собой. Сеть АВАК знало что это такое. Корабль не боевой, но довольно опасный. Он разведчик и координатор, способный управлять «охотниками».
— Это СОЛМО, — сказал я. — Наблюдатель.
— Фиксация пассивных каналов! — выкрикнул один из операторов. — Он сканирует систему!
Федя внутри заворчал. Магистр послал через сеть мягкое, почти будничное: «осторожно». А разведчик СОЛМО в этот момент… изменился.
Он вытянулся. Потом сжал себя обратно. И… мгновенно переместился за сеть наших датчиков, оказавшись на границе минного поля! Всё это произошло на столько неожиданно, что я аж дар речи потерял на время.
— Он вошел в гипер внутри системы! — Восторженно закричал Баха — Микропрыжок! Без разгона, без подготовки… Вот это да! Наша техника на такое не способна…
— Заткнись! — Рявкнул я — Всем истребителям сектора Омега — атаковать противника!
— Фиксирую попытку связи с нашим корабельным искином! — тут же доложил Тимур — Он пытается воспользоваться заложенным в него кодом!
— Орудиям главного калибра — ОГОНЬ!
Линкор вздрогнул от залпа, но было поздно. Объект дрогнул — и исчез. Так же, как и за несколько секунд до этого. Он выключился из реальности. Убрал себя. Свернул. Спрятал.
Денис поднял на меня глаза.
— Командир… Мы однозначно только что засветились. Он наверняка передал данные, ну или сам умчался про нас рассказывать. К ткаой скорости перемещения мы не были готовы…
Я кивнул.
— СОЛМО знает, что мы здесь. И знает, что у нас есть сеть АВАК. И знает, кто я. Но и мы теперь знаем, на что они способны во время боя. Вносите корректировки в план обороны. Перед их выходом из гипера мы можем определить координаты, так что исходите из этого. Будем стрелять на упреждение.
Заг сжал кулаки.
— И что теперь?
Я посмотрел на темнеющую в голографе точку, куда провалился разведчик.
— Теперь, — сказал я, и сам удивился от того, как спокойно звучал мой голос — у нас есть не недели. Не дни. Часы. Максимум — сутки, пока они не войдут сюда всерьёз.
Я почувствовал, как сеть АВАК стала плотнее. Не тревожнее — именно плотнее, как если бы кто-то медленно затягивал вокруг меня невидимый ремень. Симбиот уловив мои чувства, отправил в сеть короткий, раздражённый импульс. Магистр же… наоборот, тихо замолчал. Я впервые ощутил, что он слушает. Не меня — космос.
— Командир… — тихо подал голос Денис. — Нам нужно решать уже сейчас.
— Решать, что? — спросил я, хотя уже знал.
Он показал на тактический экран. На нём, с уверенной медлительностью хищника, который ещё не начал погоню, но уже выбрал жертву, расползались новые отметки. Точно такие же, как мы заметили перед приходом «наблюдателя». В пространстве просто… выпадали куски фонового шума. Как будто кто-то выкусывал реальность маленькими, идеальными кружками.
Баха сглотнул: