Протокол наведения по гиперхвосту: версия «Баха-2» — мелькнула у меня на визоре. Тоже самое сообщение сейчас пришло и всем офицерам моего штаба, операторам бортовых систем и пилотам истребителей, что сейчас вели бой на окраине системы.
— Первая эскадрилья — атаковать! — прорычал я тут же, не теряя времени.
Перехватчики, словно собаки, которые наконец поняли, куда ведёт след, синхронно дернулись в атаку.
Пять красных точек — охотники — сделали очередной микропрыжок. Но теперь мы прыгнули за ними. Не физически, но математически. Пакет наших боевых искинов просчитал место выхода до того, как они из гипера вывалились — и два перехватчика врезали точно в точку, где поле ещё хлюпалось, как ртутная лужа.
Результат был оглушительным. Первый охотник разорвало в пыль. Второй сбился с курса от удара и вышел в реальность неправильно, у него свернуло корпус, как расплавленный пластик. Третий попытался уйти, но его настиг массированный огонь сразу четырёх истребителей.
— Пошли! — радостно рявкнула Кира. — Гоним их!
Но радость была слишком ранней. Тяжёлый модуль вмешался. Все оставшиеся охотники одновременно сделали прыжок вываливаясь из свалки. А потом… А потом они переместились к командному модулю, присоединившись к группе его прикрытия, оставив потрепанную эскадрилью перехватчиков, готовых уже праздновать победу, одних в пустом секторе.
— Баха⁈ — выкрикнул я.
— Это… это невозможно отследить!
— Сделай так, чтобы возможно! — рявкнула Кира.
Баха не ответил. Только выдохнул.
Тем временем тяжёлый корабль СОЛМО медленно развернулся. Он не маневрировал — он как будто перетекал. Его поверхность колыхалась, как жидкий металл. Я сосредоточил на нем своё внимание, ища уязвимые места, и сеть АВАК напомнила мне о приоритетной задаче и выдала очередные вводные:
«Уязвимость: высокая чувствительность к резкому перепаду нагрузки. Рекомендация: перегрузить внешний слой»
Денис разложил схему:
— Командир, узел стоит в центре своей собственной «тихой зоны». Это очевидно массированный, непрерывный поток микрогиперпереходов, которые он открывает для защиты от нашего огня. Охотники его тоже прикрывают, но он пока не двигается. Если атаковать его одновременно безпилотниками, штурмовиками и под их прикрытием абордажными ботами, возможно удастся к нему прорваться. Нагрузим «тихую зону» по полной программе всем чем сможем. А там абордажные группы его по винтику разберут, дай только до комиссарского тела дотянутся… Как думаешь, получится?
Сеть АВАК ответила на этот вопрос вместо меня:
«При использовании техногенных средств атаки для захвата узла — семь процентов вероятности успешного выполнения задачи. Риск безвозвратных потерь используемых средств — девяносто шесть процентов. Решение: Использовать при захвате узла полевых операторов»
— Чего ты такое несешь, твою мать? — от удивления я аж рот открыл.
— Он предлагает идти на абордаж только нам четверым. Тебе, мне, Загу и Бахе — Расхохотавшись ответила Кира — Нам четверым он предлагает захватить инопланетный корабль размером с городской квартал, без использования десанта землян, штурмовых роботов и даже скафандров.
— Это я понял — отмахнулся я от Киры — Но почему⁈
«Риск неконтролируемого захвата техногенных средств противником — критичен». — спокойно, почти равнодушно, ответила сеть. — «Полевые операторы частично автономны. Невозможность прямого перепрограммирования».
Я моргнул.
— Переведи, — выдавил Заг.
— Да чего непонятного? — Подал голос Баха — Любой техногенный комплекс — дроны, роботы, абордажные боты, штурмовые комплексы, корабли землян — могут быть перехвачены узлом СОЛМО. Их архитектура рассчитана на работу с машинными протоколами. Полевые операторы — гибридная структура. Базовая часть — биологическая. СОЛМО не умеют работать с живым напрямую. Они оперируют только техногенными средами.
— А еще проще? — простонал Заг.
— Узел может подмять под себя всё железо, — буркнул я, — кроме нас, придурков в симбиоскафах. Нас он взломать не может. Максимум — прибьёт.
Сеть снова ожила.
«Биоформы АВАК, в том числе полевые операторы — единственные субъекты, способные войти в зону полного подавления техногенной инфраструктуры и не быть интегрированными в контур СОЛМО».
— Прекрасно, — мрачно сказал я. — То есть всё железо вокруг этого узла он себе под командование заберёт, а мы туда должны пойти пешком. Четверо. В ручном режиме. На корабль-координатор убийственных железяк, заточенный под подчинение себе всего, что хоть немного напоминает технику.