— Медленнее — это плохо, — вздохнул Баха. — Он же под нас подстраивается.
— Зато не будем кружить, пока нас жарят на медленном огне, — отрезал я. — Работаем по подсказкам симбиотов.
Со второго раза мы вышли из ловушки. Путь стал ещё более зубастым. Физические ловушки пошли плотнее.
Сначала из потолка с шипением выскочили два плоских «клина», пытаясь сложить нас, как бумажный пакет. Если бы не мгновенная реакция симбиота, предупреждение бы не успело — ограничение по скорости распространения сигнала в материале, всё такое. Мы ушли в стороны, металл прошёл в сантиметре от визора.
Заг не выдержал — развернулся и просто выстрелил в крепления этих «дверей». Те заклинило, металл вспух, деформируясь.
Следом пошла решётка снизу. Пол под нашими ногами внезапно разошёлся на сегменты, которые попытались подняться, как зубья капкана. Я прыгнуть не успевал — зато симбиот подкинул локальный импульс в опорные точки скафандра. Меня тупо швырнуло вверх, к потолку, я ударился, отбил плечо, но ловушка прошла мимо.
— Он явно злится, — фыркнула Кира, отталкивая очередной шип ногой. — Сначала пытался культурно вытолкать, теперь уже просто давит железом.
— Это мы ещё до активной обороны не добрались, — мрачно ответил Баха.
На слове «активной» она началась.
Сектор впереди на секунду потемнел. Не в смысле выключили свет — наоборот, свет стал слишком много. Стены вспыхнули матовым свечением, симбиот моментально сработал, снижая чувствительность сенсоров.
«Высокочастотное сканирование. Попытка прожечь маскировку, выявить биоконтур».
— Стойте, — скомандовал я. — Ни шага.
— А если нас сейчас поджарят на месте? — нервно хмыкнула Кира.
— Тогда всё равно никуда не успеем, — честно ответил я.
Скан прошёл по нам волной. Метал в стенах шуршал, как песок. Я чувствовал — не ушами, а костями, — как узел в буквальном смысле «щупает» нас полем, примеряется.
«Идентификация завершена. Узел классифицировал нас как устойчивую угрозу. Возрастает вероятность применения тяжёлых средств активной обороны».
— Это что сейчас было? — спросил Заг.
— Нас занесли в чёрный список, — сказал я. — Теперь будут стрелять по-настоящему. Видимо до этого они с нами просто игрались.
— Игрались? — Кира аж поперхнулась — Да мы раз пять уже чуть не сдохли!
— Не сдохли же… — Буркнул Заг, поправляя на спине потрёпанный серебренным роем рюкзак со взрывчаткой — На самом деле сопротивление не такое уж и сильное, просто мы не привыкли взламывать такую оборону, в следующий раз подготовимся получше.
— Если будет, следующий раз — ответила Кира — Что нам ещё эта штуковина приготовила, мы понятия не имеем.
Следующий поворот выкинул нас прямо в «карман» — расширение канала, в котором образовался небольшой зал. Круглый, метра три в высоту, без дополнительных выходов. Коридор продолжался дальше, после расширения.
— Стоп… — на автомате сказал я. — Это плохо.
— В смысле? — Кира уже поднимала ствол.
— В смысле, это не развязка. Это камера… — начал я.
…и тут из стен выдвинулись три платформы.
На каждой — по одному «товарищу», заметно крупнее любых виденных нами дронов. Если ремонтники были «пауками», а охрана — компактными тумбами с оружием, то эти выглядели как смешение турели с бронекапсулой. Толстый корпус, минимум выступающих элементов, по периметру — несколько концентрических колец, которые уже начинали вращаться.
Симбиот пометил три красных контура:
«Тяжёлые боевые единицы. Генерация полей, высокоэнергетическое вооружение. Вероятность поражения с первой очереди — восемьдесят два процента при прямой видимости».
— Вот это уже интересно, — сказал Заг.
— Тебе — да, — фыркнула Кира. — Мне — нет. План?
— План тот же, сейчас ничего другого не придумать, — решил я. — Не дать им взять нас в перекрёст. Разбиваемся по сектору. Заг — левый, я — правый. Кира — центр. Баха…
— Баха займётся выживаемостью группы, — спокойно сказал инженер. — Попробую залезть в магистрали через пол. Дайте мне пять секунд времени.
— У тебя будет три, — отрезал я. — Пошли!
Мы разлетелись в стороны, используя стены как опору. Первый же залп прошёл по траектории, где мы были ещё долю секунды назад.
Я не видел лучей — в очередной раз только эффект. Пространство в центре камеры вдруг стало плотнее, как вода. На мгновение там закрепился видимый глазу искажающий пузырь, а потом металл пола внутри этого пузыря исчез. Просто — не стало.
— Нихрена себе, — вырвалось у меня. — Они вырезают куски реальности!