От него во все стороны расходились тонкие линии — вспомогательные каналы, нервные волокна этой махины.
— Привал на десять секунд, — выдохнул я. — Проверка состояния.
Симбиот послушно выдал сводку: энергия упала до восьмидесяти процентов, но восстанавливается, залеченные повреждения скафандра: трещины по броне, пара неглубоких пробоин, перегрузка некоторых контуров. Целый поток данных по состоянию носителя, из которых я выяснил только то, что в принципе я в порядке тоже, но похудел за эту прогулку на пять килограмм. Симбиот жрал моё тело, чтобы вылечить себя! Жир в основном конечно, но всё равно… Жить можно короче.
— Где мои сиськи, сука⁈ — Взревела Кира, видимо тоже получив данные от своего симбиота — Эта падла мне размер уменьшила до второго!
— Меньше попадай под раздачу — усмехнулся Баха, — Симбиоту нужно залечивать раны и поддерживать твою жизнь, а покушать тут негде, другой энергии для питания тоже почти нет, вот он и паразитирует на носителе, поглощая то, что, по его мнению, не причинит ему вреда. То есть подкожный жир, всё лишнее, без чего носитель может спокойно выжить. Покушаешь плотно, и всё восстановится.
— То есть у тебя он член оттяпал? — Сощурилась Кира, зло глядя на Баху — Он же тебе не нужен, ты же без него спокойно жить можешь!
— Хорош лаяться! — Прекратил я перебранку, смотря вверх на потолок — Смотрите!
На потолке, между подвесами, висели… объекты. Похожие на коконы. Полупрозрачные, с тусклым внутренним светом. Внутри что-то шевелилось, но различить было трудно. Сканер симбиота бессильно скользнул по поверхности коконов и определить, что это такое не смог.
— Пленные? — мрачно предположила Кира. — Или зачатки каких-то их тварей. Хотя они же с биообьектами не дружат вроде…
— Не лезем, — сразу отрезал я. — Наша цель — управляющий центр. Всё остальное — потом. Если живы будем.
Узел явно тоже понял, что мы слишком близко к важному.
Пол под ногами вздрогнул, гул по магистрали сразу стал выше, злее.
— Пошло перераспределение, — пробормотал Баха. — Он ресурсы в центр загоняет. Сейчас будет либо очень хорошо, либо очень больно.
— С нашим везением — второе, — вздохнула Кира. — Пошли уже, пока нас здесь декоративными элементами не сделали.
От зала обслуживания отходил ещё один коридор — низкий, но широкий, идеально вписанный в линию магистрали. Там не было видимых ловушек, не шевелились щели, не торчали шипы. Просто гладкие стены.
Мы прошли метров двадцать. Тридцать. И упёрлись в «мозг».
Камера управляющего центра была не такой уж огромной — я ожидал чего-то грандиозного, а получил… непонятно что. Пространство было набито конструкциями так, что глазу негде отдохнуть.
В центре — тот же пучок магистралей, только уже не жгут, а полноценный ствол, толщиной с башню линкора. Вокруг него — кольца из композитных пластин, шары, спирали, полупрозрачные объёмы, по которым бегал мутный свет. Всё это шевелилось, дышало, перестраивалось.
Свод камеры уходил метра на четыре вверх и был увешан коконами, как потолок того зала обслуживания, только эти были крупнее, плотнее. Тусклый внутренний свет, еле заметные движения внутри.
— Красота… — мрачно сказал Баха. — Один точный удар — и минус управляющий узел.
— И, возможно, мы, — напомнила Кира. — Так что без фанатизма.
Я сделал ещё шаг вперёд — и симбиот взвыл.
«ВНИМАНИЕ. Активность микромодулей. Формирование аэрозольного поля».
— Назад! — рявкнул я. — Фильтры на максимум!
Опоздали.
Со всех сторон, из тонких щелей в стенах, из прослоек между пластинами, из-под кольцевых структур пополз серый дым. Нет, не дым — туман. Тот самый. Густой, вязкий, с металлическим привкусом, который ощущаешь даже через фильтрацию.
Туман из микромодулей.
— Командир… — голос Киры дрогнул всего один раз. — Это уже перебор.
Мир начал рябить.
«Попытка проникновения через внешнюю оболочку, — монотонно докладывал симбиот, захлёбываясь данными. — Контуры защиты перегружены. Перехожу на адаптивную фильтрацию. Рекомендация: покинуть зону».
— Поздно, — сквозь зубы сказал я, оборачиваясь назад. Коридор, по которому мы пришли тоже был заполнен туманом, полностью.
Туман сгущался очень быстро. Он не просто висел — он работал. Модуль за модулем прилипали к броне, собирались в тонкую корку, пытались прирасти, нащупать швы. На визоре побежали красные маркеры — точки проникновения, потенциальные сбои, зоны повышенной нагрузки.