— Уже занимаемся — Кивнул головой Денис — Дай нам ещё немного времени.
— Ладно, — кивнул я. — Тогда так. Первая наземная группа — я, Заг, Кира, и две роты десанта. Плюс твои инженеры. Я — понятно почему, а эти двое там уже почти местные, так что ничего менять не будем. Денис — ты как всегда за главного на линкоре вместо меня. Виктор со своими людьми на охране линкора и искинов. Баха — остаётся на «Земле». Займись анализом собранных данных, погрузись туда с головой. Мне нужен от тебя пошаговый план как нам избавится от жучка СОЛМО и оживить искины!
— Протестую, — тут же заявил Баха. — Я хочу в поле!
— Ты мне нужен живой и с целым мозгом, — отрезал я. — В поле у меня и так хватает желающих сдохнуть геройски. На корабле тоже кто-то должен страдать. Ты — кандидат идеальный.
Он открыл рот, потом закрыл. Поморщился.
— Ладно, — буркнул. — Но я тогда требую онлайн-доступ ко всем твоим ощущениям и показателям биоскафандра!
— В очередь, — отозвался я. — Столько желающих посмотреть, как я мучаюсь, нам канала не хватит. Будешь довольствоваться тем, что я тебе сам скину.
Мы ещё минут десять допиливали детали — маршруты подхода, точки возможной эвакуации, место под будущий док, временный склад, зону, куда я категорически запретил лезть до отдельного разрешения — место крушение корабля СОЛМО. Наконец Денис щёлкнул по панели и подвёл итог:
— Всё. План высадки утверждён. — Он покосился на меня. — Командир?
— Командир согласен, — вздохнул я. — Эх, как же не хочется туда снова лезть…
— Это возраст милый, — мило улыбнулась Кира. — Тебе пора уже думать о пенсии.
— Кто бы говорил! — возмутился я. — Ты старше меня, и на много. Старушенция! Да ещё и с выраженной деменцией, потому что мозгов у тебя с каждым годом всё меньше и меньше!
Точного возраста Киры я так и не узнал за всё время нашего общения. Она не с Земли, а познакомились мы с ней в штрафной бригаде. Учитывая, что в Содружестве понятие «старость» почти не встречается, и учитывая развитую медицину, Кире могло быть и за сотню лет. Но то, что эта, выглядящая как девочка-подросток особь женского пола старше меня и на много, говорили данные медицинских капсул, в которых она отлёживалась после ранений, и к которым у меня был доступ.
— Хам ты Найденов! — Укоризненно покачала головой Кира — Женщине вообще столько лет, на сколько она себя ощущает! Так что мне всего…
— Кира! Я тебя очень прошу, прямо умоляю! Заглохни хоть не на долго, пожалуйста! — Вежливо попросил я свою девушку — Не начинай!
Через три часа ангар снова гудел, но уже иначе. Не как зал для брифинга, а как сердце машины: лязг креплений, щелчки замков, проверка оружия, возня техников вокруг десантных ботов, запах озона.
Десантники занимали свои места, техники таскали ящики, где-то ругались матом, где-то смеялись. Обычный передвыходный бардак.
Я стоял у трапа, проверяя свой новый скафандр. Федя уже привычно распределился по поверхности моего тела, биоброня была в полуактивном режиме, внутренние индикаторы выдавали сухую статистику:
Адаптация: 67/200.
Статус: режим «полевая операция».
Проходящие мимо десантники заинтересованно разглядывали мой биоскафандр.
— Вот это бронька… — протянул один из молодых, с узкими глазами и наглой физиономией. — Товарищ командир, нам такие, когда завезут?
— Сначала проверим на командире, — мрачно отозвался Заг. — Если выживет — возможно, тебе тоже кусочек выдадут.
— А это не заразно? — ещё один десантник, судя по ранцу на спине медик, осторожно покосился на меня. — А то вдруг: по плечу похлопал — и на утро проснулся с хвостом и щупальцем?
Федя заинтересованно шевельнулся. Сидеть, — мысленно сказал я. — Это наши. Их есть нельзя. Даже если очень хочется. Ответом стало сдержанное, но послушное «понимаю». Молодец, учится.
— Обоим по два наряда! — Разговор прервала Кира — И спарринг со мной в тренировочном зале! Хорош трендеть, мы тут не на прогулке!
Оба десантника послушно заткнулись и мгновенно исчезли в недрах бота. Все десантники знали, с Кирой шутки плохи. Сама Кира поднялась по трапу, остановилась на ступеньке, уставилась на меня, и оглядела с ног до головы:
— Так. По шкале «насколько ты сейчас монстр» — это сколько? От одного до десяти?
— Где-то на «три с половиной», — пожал я плечами. — Могу усилить до «одиннадцать», если будешь и дальше задавать умные вопросы.
— Слушай, — вступил Заг, почесав шлем. — А он линяет?
— В смысле? — не понял я.
— Ну, живой же. Может, весной обновляется. Раки, пауки, насекомые да даже зайцы и панцири и мех меняют, может он тоже?