- Мирослава! Сколько ещё раз мне это повторить, чтобы ты запомнила?! Не лезь в мою комнату без приглашения! – Геля гневно воззрилась на младшую сестру и её очередную подружку. На этот раз в комнате ничего не было перевернуто или вынесено, по крайней мере, на первый взгляд. Но, тем не менее, хозяйка комнаты начала обходить незваных гостий по дуге, собираясь драться за свою территорию. Девчонки попятились, но сестренка всё равно попыталась оставить последнее слово за собой. Нарочито громко она прикрикнула:
- Уж больно надо! В собственном доме и посидеть не дают спокойно! Королевна выискалась!
С кухни раздался недовольный голос матери:
- Дети! Что там у вас опять?!
- Все нормально, мам! Просто Славка сперла мои презервативы, а мне они нужны после аборта! – Съязвила Геля. С лица мелкой пакостницы сползло торжествующее выражение и его место занял стыд и шок. Подобных выражений Ангелина никогда себе не позволяла, да ещё в контексте такой идиотской шутки!
- Разбирайтесь тише! – невпопад ответила женщина, снова ни на йоту не вникнув во взаимоотношения своих чад.
Выпроводив нарушительниц спокойствия, Геля захлопнула дверь и для надежности подперла её стулом. Затем кинулась к книжной полке, потянула на себя муляж биографии Сунь Цзы и пересчитала купюры внутри него. После первого облегченного вздоха пришла очередь проверки кармашка между стеной и письменным столом, где лежала потрепанная простая тетрадь с надписью «Геометрия». Проверочный волосок находился на положенном месте, значит, до этого тайника тоже никто не добрался. Оставались менее страшные и более очевидные, но не менее нежелательные нарушения. Коллекция дисков стояла в правильном порядке на полке. Шифоньер встретил инспекцию тем же живописным хаосом, который хозяйка неизменно оставляла после себя по утрам и который гордо именовала творческим беспорядком. Баночки с косметикой тоже были нетронуты. Теперь можно было расслабиться. Ничего криминального не произошло. Девушка не стала даже задумываться о том, спугнула ли она хулиганку, или малышка действительно выросла и перестала пытаться испортить ей жизнь. Всё равно сделать ничего было нельзя – мелочь шастала в комнату, не смотря на все запреты и угрозы, а родители запрещали ставить замок на дверь, не смотря на все мольбы и уговоры. Ангелина понимала, что её чрезмерно трепетное отношение к личному пространству не совсем нормально. Особенно в семье, где все остальные члены вообще никаких границ не признавали отродясь. Но задавить в себе чувство страха и отвращения к любым вмешательствам в свой мир не выходило.
Девушка посмотрела на календарь, где жирным красным маркером было обведено второе мая. День её совершеннолетия. До него оставалось чуть менее девяти месяцев, казавшихся бесконечностью. Родители поторопись отдать её в школу, поэтому и среди поступающих в университет она оказалась одной из самых младших. А так хотелось самостоятельности! Да, ответственность неизбежна, но её в жизни Ангелины и без того уже сейчас было с лихвой – и за себя, и за сестру, и за родителей, которые не смотря на всю гениальность в медицине, в жизни оставались иногда на удивление несостоятельными. Так что в голове девушки зрел простой план: пережить первый курс, накопить денег, и в каникулы съехать от семейства. Она мечтала, как будет, наконец, заботиться только о себе и отвечать только за себя и перед самой собой. От мыслей о светлом будущем девушку отвлек запах гари. «Мама на кухне» - подумала Геля и поспешила на помощь незадачливой родительнице. Снова. На счастье, это всего лишь тлела синтетическая салфетка, небрежно оставленная на ещё горячей конфорке. Быстро сбросив тряпицу в раковину и залив водой, девушка укоризненно посмотрела на мать, снова зачитавшуюся какой-то статьёй на планшете. Вместо оправдания та лишь возмутилась – «Подумать только, и этим я вытирала посуду! Сколько же канцерогенных веществ в бытовых предметах!» Оставалось только вздохнуть и открыть все форточки в доме, дыша через раз.
Глава 1.(2)
Подъездная аллея Масленниковского особняка утратила летнюю темно-зеленость, но всё равно радовала глаз. Геля обошла кучу других студентов, выискивающих на схеме-карте университетского городка третий корпус. Она давно выучила расположение строений, разделение на кафедры внутри них, а так же нормативные документы, регламентировавшие студенческую жизнь. Уверенным шагом девушка свернула на боковую аллею от главного корпуса. В окнах минуемых зданий отразился её новый облик – ведьмоватая неформалка с угольно-серыми волосами, одетая в ассиметричное черное платье и берцы. Всю школьную пору Ангелина оправдывала своё имя, пытаясь заслужить одобрение родителей, и выглядела соответствующе – хрупкой блондинкой, всегда соблюдавшей навязанную ей пастельно-нейтральную форму одежды. Новая жизнь же показалась ей хорошим поводом для смены имиджа. Мама чуть не перенесла инфаркт, когда она вынесла на помойку все свои вещи, попадавшие под определение «милые». Девушка никогда не была милой. А теперь и не хотела.