Они увидели первых стражников собора — одетые во все черное с характерным символом на груди уродливые мужчины с омертвелыми кусками плоти на руках и лице встречали паломников лицами, полными недовольства и подозрения. Они внимательно вглядывались в идущих мужчин и женщин, из-за чего верующие опускали взгляд.
Уже на самой границе собора паломники попали в широкий и необычно высокий коридор — весь исписанный цитатами из писаний с торжественными черно-красными флагами на колоннах, под каждым из которых стоял вооруженный стражник. В конце его над входом был нарисован большой черный лик с глазами, которые, казалось, светились. Лицо с массивным лбом и широкими скулами расплывалось черной краской по стене и перетекало в текст на стенах. Андрей завороженно смотрел прямо в глаза лику, который казался все более живым по мере приближения.
Зайдя в дверь в конце этого коридора, он очутился в помещении поменьше, где уже не было той мрачной торжественности. Та уступила место деловой организованности — несколько стражников, не церемонясь, распределяли паломников на несколько потоков, направляя их в один из четырех проходов. Андрея пихнули налево и тот попал в совсем узкий проход, который даже для одного человека был тесен. Он прошел несколько шагов и уперся в стоящего впереди мужчину. Спустя несколько секунд кто-то другой встал позади него. Они стояли в плотной очереди, которая двигалась каждые тридцать-шестьдесят секунд. Андрей делал всего пару шагов и вновь вынужден был ждать. Когда, наконец, пришла его очередь, молчаливый чернобожник впустил Андрея в небольшую комнату, где, как оказалось, несколько человек принимали на хранение оружие, которое паломники имели при себе. Регистратор деловито заполнил бланк, куда вписал фамилию, имя и отчество Андрея, его адрес, тип автомата, количество магазинов и спросил, было ли еще у Андрея оружие. Услышав отрицательный ответ, тот присвоил бланку порядковый номер, щелкнул печатью и предоставил талон с номером в обмен на все оружие и амуницию. Андрей нерешительно отдал все, что у него было и сделал шаг в сторону, держа в руке кусок бумаги.
— Что встал? — грубо обратились к нему. — Двигай дальше!
Один из регистраторов собрал в охапку несколько автоматов с подсумками и направился к двери, расположенной позади столов регистрации. Андрей лишь на секунду заглянул внутрь, но увиденное поразило его — то был оружейный склад с длинными ящиками, в которых стояли винтовки и автоматы. Только то, что он успел заприметить, тянуло на сотню единиц вооружения.
На выходе из помещения его всего прощупали и проверили содержимое вещмешка.
— Двигай! — его толкнули в спину.
Не оборачиваясь, он пропустил другого верующего, и последовал за ним. Вскоре он вновь попал в медленно идущий поток людей. Мужчины и женщины двигались нестройными рядами по пути, который определяла стража чернобожников. Андрей рассматривал помещения, которые, как и везде, почти ничем не отличались. Все те же бетонные стены, но с религиозными цитатами; те же потолки, но с характерными лампами, затянутыми в решетки или расположенные крестами; те же двери, но с малопонятными надписями и закорючками. Больше всего впечатляли флаги, висящие в некоторых местах над входом или на несущих колоннах. Андрей не мог вспомнить, чтобы видел подобную ткань — плотную, толстую и окрашенную в глубокий черный цвет с ярко-красным символом Черного Бога. В гигахруще этого цвета естественным образом сторонились — его и так было слишком много во тьме необитаемых этажей, а здесь он был главным.
Вскоре поток вновь стал делиться — стоящие возле лестницы стражники направляли людей в разные стороны. Кто-то шел дальше по коридору, другие вниз по лестнице, а Андрею указали наверх. Он поднялся на три этажа выше и попал на почти обычный жилой этаж, который отличался от его собственного лишь чернобожными украшениями. Пришедших туда паломников распределяли по ячейкам, в которых, в отличии от обычных, не было никакой мебели кроме длинной скамьи и трехэтажных нар, сделанных из досок, труб, старых листов, мебельных щитов и прочих отходов. Половина всей ячейки, рассчитанная на человек двадцать, к его приходу уже была занята. Мужчины и женщины без особого интереса оглядели Андрея, пока очередной регистратор заполнял свой бланк, переписывая информацию с талона.
— Ложись туда, — указал ему молодой регистратор с черной щекой. — Мешок свой оставь там же. Не надо его везде с собой таскать.