Пролог
Есть некоторые профессии, люди которые отдают себя, полностью живя ими, живя работой, выбрав это намеренно. Есть такие профессии, которые требуют полной отдачи, с которой не все могут совладать. Есть такие профессии, которые тебя воспитывают, делая сильнее и мудрее, закаляя на своем поприще.
Все эти профессии заставляют вести иной образ жизни, не такой как у всех. Они вынуждены отказаться от многого. От слишком многого….
Это сверхпрофессионализм? Или сумасшествие? Это гордость или трусость? Это восхищение или наказание?
Но что бы там ни было, причин множества. И какие бы не были причины у этих людей, их профессии вызывают только гордость, смелость, храбрость и отвагу. Вызывая только одно уважение за их труд…
Хирургический костюм, белый халат, запах лекарств — этим она жила. Ее домом была больница, а коллеги по работе семьей. И что самое главное, это ей нравилось, за этим она пряталась. Ночные смены по дежурству, диссертации и простые задержки на работе — всё, что угодно, лишь бы не ехать домой, где в четырех стенах никто её не ждал. Она готова была работать бесконечно, находя смысл жизни в спасении людей, поставив крест при этом на своей личной жизни, в двадцать пять лет.
Личная жизнь? Ей это не нужно было: ее сердце, как и душа, отсутствовали в ней полностью. А коллеги по работе прозвали ее Ледяной (ICE). Ледяной, может быть, и было ее сердце, пока однажды оно не растопилось от одних красивых глаз…
Военная форма, оружие, запах стали и пота — этим жил он. Военная база, казармы были его домом, а рота — его семьей. Он полностью отдал себя своей стране, дав клятву защищать ее. И если потребуется, то отдаст свою жизнь ради защиты страны.
Выбрав профессию военного, он понял одно: личная жизнь и "погоны" не совместимы. И если погоны всегда оставались на его плечах, то личная жизнь каждый раз ускользала от него. Он перестал верить в нее, перестал верить девушкам, которые однажды превратились просто в игрушки на одну ночь.…
Пока однажды он не повстречал запретный для себя плод, который, казалось, был не подвластен ему…
Хирургический костюм, белый халат, запах лекарств — этим она жила.
Ее домом была больница, а коллеги по работе семьей. И что самое главное, это ей нравилось, за этим она пряталась.
Ночные смены по дежурству, диссертации и простые задержки на работе — всё, что угодно, лишь бы не ехать домой, где в четырех стенах никто её не ждал. Она готова была работать бесконечно, находя смысл жизни в спасении людей, поставив крест при этом на своей личной жизни в двадцать пять лет.
Личная жизнь? Ей это не нужно было: ее сердце как и душа отсутствовали в ней полностью. А коллеги по работе прозвали ее Ледяной (ICE). Ледяной, может быть, и было ее сердце, пока однажды оно не растопилось от одних красивых глаз…
Военная форма, оружие, запах стали и пота — этим жил он.
Военная база, казармы были его домом, а рота — его семьей. Он полностью отдал себя своей стране, дав клятву защищать ее. И если потребуется, то отдаст свою жизнь ради защиты страны.
Выбрав профессию военного, он понял одно: личная жизнь и "погоны" не совместимы. И если погоны всегда оставались на его плечах, то личная жизнь каждый раз ускользала от него. Он перестал верить в нее, перестал верить девушкам, которые однажды превратились просто в игрушки на одну ночь…
Пока однажды он не повстречал запретный для себя плод, который, казалось, был не подвластен ему…
Глава 1: Слепое свидание
Начало новой недели абсолютно не должна была отличаться ничем от предыдущей. Так по крайне мере она ожидала. Так по крайне мере было у нее всегда,… Пока в один день все не изменилось….
Селена вела синхронизированный образ жизни. Все планировала заранее, и один день почти не отличался от другого ничем. Например: будильник, заведенный в одно и то же время с понедельника по пятницу, йога и пробежка перед началом работы, завтрак из здорового выбранного специального списка, посещение определенных мест которые были ей по вкусу, один и тот же маршрут и.т. д…
В ее жизни не было новизны. Она ее просто не допускала. Для нее самой таков образ жизни был идеальный. Предсказуемо и скучно возможно для других, но не для нее.
Но такая синхронность было только в повседневной личной жизни, за гранью самой ее работы.
Сама же ее работа была именно той жизнью, которая заполняла тот пробел, который был пустым в личной жизни девушки. Она жила растворяясь в работе полностью отдавшись всю себя, а по-другому было просто не дано. Таково требовала ее профессия. А профессия была у нее далеко не скучной.