– Ты не поверишь! Лекс пить бросил.
– Ты прав, не поверю, – с сомнением улыбнулся Дюк. – С чего вдруг? Ты ещё скажи, что перестал прогуливать.
– К восьми как штык на работе, курить бросил, образцовый работник.
– Его что, пригрозили в очередной раз уволить?
– Нет. Оказывается, его маленький сын был особенным, мутантом. Он поэтому и пил, а как охота началась, так и вовсе в запои уходил. Всё закончилось, угрозы нет. Он знает, кто его сын, и теперь совсем другим человеком стал. И это всё – благодаря тебе.
– Да брось…
«Только я тебя не простил», – хотел добавить Эрик, но не стал. Отец предупреждал, чем всё обернётся, он, как никто другой, понимал, какой конец будет у его истории. С самого детства Эрика большая часть фраз Миши начиналась со слов: «Возможно, я скоро умру…», «Когда я умру…». Вероятно, Эрик ещё тогда примерял на отца смерть. А с тех пор, как Айзек рассказал ему, какую роль генерал сыграл в спасении первого и второго сектора, и вовсе был удивлён, как тот прожил так долго. Эрик смотрел на друга и, как бы ни хотел обвинить его, вслух этого произнести не мог.
– А ты, Ника? – коротко спросил Дюк. Ему не было интересно, но и вести себя так, словно её тут нет, как позволяла себе эта хмурая дама, он не мог. Считал это слишком по-девчачьи.
– Буду печь оладьи каждый день и отправлять по твоему адресу, лишь бы ты сюда не приходил, – буркнула Ника, так и не повернувшись к собеседнику.
– Ника переведётся в медицинский в этом куполе, закончит учёбу. Если всё сложится, то скоро и свадьбу сможем сыграть… Ты даже не представляешь, какое это удовольствие: просто заниматься любимым делом, зная, что вернёшься домой живой, и просто… просто всё будет хорошо.
– Завидую я тебе, Эрик Слот. Радоваться таким мелочам.
– Прости, я не задеть тебя хотел, хотя думаю, что у тебя сейчас всё тоже хорошо сложится.
– Твои слова да… Ладно, у меня осталось ещё одно важное дело, и я боюсь, как бы оно не потянуло за собой что-нибудь ещё. Всё моё существование, знаешь ли, череда чего-то непредсказуемого, так что…
– Ага, как вчерашнее нападение в магазине, – опять вмешалась Ника.
– Ну, зачем ты так… Уверен, этого больше не повторится.
Эрик неловко выпрямился, а Аня и Дюк внимательно уставились на него.
– Что случилось?
– Ограбление, но я уверен, что такого больше не повторится.
Дюк скривился. Прожив всю жизнь в опасном секторе, он боялся того, что Эрик ошибается. Выключив плиту, Ника присела рядом с Эриком, прислонилась к его плечу и продолжила:
– Мы были в магазине, и тут внезапно ворвались грабители. Они, знаешь, с чёрными зрачками были, мутанты, но я не понимаю, почему под куполом они выглядели так. Вели себя неадекватно, – встревоженным голосом начала она. – Один из них схватил меня, начал душить, а другой стал угрожать Эрику. Мысли спутались, я не знала, что делать. Я видела, что Эрик хочет мне помочь, но я оправлюсь от ножевого ранения сама, а он… Я вспомнила, чему меня учили на курсах самообороны, перестала сопротивляться, полностью расслабилась и начала падать. В ту секунду, когда от неожиданности грабитель пытался удержать меня, я ударила его затылком по носу, и тут уже продавец его огрел. Второго обезвредил Эрик, воспользовавшись случаем. Но я уверена, будь это не сын генерала с его невестой-мутантшей, дела бы кончились плохо.
С минуту гости обдумывали услышанное, и тревога их стремительно росла. Конечно, они не скажут о протестах в пятом и неровно дышащей к мутантам Адель, но поговорить с тётей явно стоило. Дюк-то точно не мог оставаться в стороне. Вдруг, убрав Миру, они выпустили зверя, что она пыталась удержать?.. Зверя, которого Мира сама взрастила, лишив мутантов шанса на нормальную жизнь.
Дюк взглянул на Аню, которая старательно что-то пыталась прочесть. Проследив за её взглядом, он увидел бумагу, небрежно скомканную и брошенную в угол. Таблица на ней напоминала расчётный лист, но всё же размером поменьше.
– На что налог? – сдалась девушка, не в силах разобрать слова вверх ногами.
– О, а Дюку ещё не приходило? Это я у мамы забрала. Мне пришёл налог на существование, – обернулась Ника, проследив за её взглядом.
– Что? – переспросил Дюк.
– Налог на существование меня, как мутанта. Если ты мутант, то должен либо вступить в ряды отряда жизни за куполом, либо заплатить налог.
– Что за бред? Какой отряд? – всё ещё не понимал гость. Он вчера только был в пятом, но ни о каком налоге и речи не было.
– Теперь каждый мутант может вступить в отряд для расширения жизни на планете. Грубо говоря, задача – собраться и свалить жить за купол. Денег обещают немерено, помощь тоже. Планируют строить города для мутантов… выгоняют, одним словом, а если уж решил остаться, придётся платить налог – за то, что дышишь чужим кислородом. Десять тысяч повойнов в месяц, – рассказала Ника, разводя руками. – Честно, даже не знаю, что страшнее: платить за кислород или бесплатно дышать, но знать, что тебя могут убить…