Коралина не ответила, только заторможенно кивнула, вдруг молча уставившись в одну точку. К ней неожиданно пришло осознание, что какую-то пару месяцев назад она думала только о том, как купить воск для свечей подешевле да не столкнуться с Антоном на работе. Сегодня она летит рассекать просторы космоса, чтобы спасти человека, которого любит всем своим сердцем. За которого жизнь готова была отдать без раздумий, если этого потребуют захватчики. Благо у Талия останется Рэйн, и они оба не будут одиноки… Мысли захватили ее, утягивая в темную пучину, и девушка жадно хватанула ртом воздух.
Но, как бы то ни было, пока умирать было непозволительно рано.
Алита ушла, оставив за собой шлейф из тысячи вопросов и уточнений, которые Кора подавила в себе, потому что прекрасно понимала, что и без ее любопытства хватает проблем. Жизнь женщины-командира и ее отряда, состоящего из ее же мужей, может, и была поразительно интересной, но только не сейчас, когда накатившаяся тревога заставляла душить не только любопытство, но и слезы, сковавшие горло не хуже цепей. Коралина стиснула кулаки, сосредоточенно глядя перед собой и думая о чем угодно, но только не о предстоящей миссии. Сата-Фатия в этом году обещает быть зрелищной, так бабушка сказала, когда упомянула о цветении редких деревьев, которые баловали Милету цветами лишь раз в один мок. А это многое значит. Софита еще сказала, что Коралина просто обязана провести своих мужей в свадебных платьях под ветвями этих деревьев.
Кора не сразу поняла, что начала измерять свою каюту шагами, едва ли не ударяясь о стены. Градус волнения просто зашкаливал, и до эмоционального взрыва оставалось только израсходовать все силы и просто упасть без сознания. Руки безостановочно тряслись, мысли водили хороводы, словно куча пестрых и нарядных людей. Вот только никакого праздничного веселья Коралина не испытывала, только — тоску, страх, тревогу и бесконечно сильное чувство вины, которое сжирала ее изнутри. Оставшись в одиночестве, Кора просто заперлась один на один с самой собой. И эта самая Коралина не уставала повторять, что виной всему — она сама. Не появись беспутная Дэм-Нова в жизни Рэйна и Талия, сейчас все было бы у них хорошо. Никто бы не похищал, не угрожал, не измывался. На глазах можно притворяться сильной, сейчас же хотелось навзрыд рыдать.
На самом деле Коралина не была героиней, и все это знают. Она боится, она ошибается, она просто выбирает самые легкие пути в конце-то концов. Она не очень смелая, не отчаянно храбрая и не безрассудно упрямая. Она — просто девушка, чужеземка из другого мира, сейчас летящая сквозь звезды. Но вопреки всему этому Кора хорошо понимала, что никакой герой не справится с тем, что свалилось на ее плечи. Никто другой не поможет Талию. Не спасет Милету. Сейчас все только в ее руках.
— Поплакали и снова в бой, — с самоиронией прошептала Кора, остановившись у стены и прижавшись к ней лбом. Тело понемногу успокаивалось, и мысли приходили в норму.
Словно подгадав момент, входная дверь пиликнула, оповещая о посетителе, и, дав Коре несколько секунд, чтобы смириться с этим, створки мягко отъехали в сторону, впуская немного взлохмаченного и смурного Рэйна. Девушка уставилась на него с широко раскрытыми глазами, словно пыталась почесть у него на лбу, что же такое приключилось, как он, поддавшись какому-то своему порыву, вдруг торопливо шагнул к ней, едва ли не с разбегу заключая ее в пылкие, но крепкие объятия. Коралине не нужно много ума, чтобы догадаться, что и он справлялся с такими же мыслями, что и она сама пару минут назад.
— Тише, — она запустила пальцы в его волосы, прижав его голову к своему плечу, и принялась мягко выцеловывать висок и за ухом, опаляя кожу горячим дыханием. — Все хорошо. Я с тобой, — Кора скользнула ладонью по его спине, бокам, прижимая его теснее (или прижимаясь сама). — Все в порядке, слышишь?
— Слышу, — глухо проговорил Рэйн, зарывшись носом в ее волосы. — Тебе не нужно справляться с этим одной, Коралина, — запальчиво прошептал он, хаотично касаясь губами ее плеч и шеи.
— Я не одна, — растерянно проговорила Кора, отчаянно не желая сознаваться в этом самой себе. — Со мной ты и Наска, Ольтерна и…
— Я не об этом, — мягко прервал он ее самообман, слегка отстранившись, чтобы заглянуть в глаза. — Ты винишь во всем себя, и я это знаю, — сокровенным шепотом произнес он, осторожно заправив прядь ее волос за ухо.
— Вздор, — одними губами сказала Кора, чувствуя, как горло сводит спазмами. Рэйн болезненно улыбнулся, такой восхитительно твердый и уверенный в своей правоте. И он был прав. Был как никогда прав, потому что видел в глазах напротив всепожирающую вину.