Риген явно наслаждался процессом и своей властью. Напоминал, что женщина всегда будет вторым сортом, а женоподобные мужчины Милеты — и подавно. Здесь, на его территории, никто не сумеет стать победителем кроме него самого. Дукрут… проклятый Дукрут, Ирнекан, Нюкта или Земля — все было одно. Миры, сражающиеся за право быть первыми, быть высшими, быть главными. Слабый покоряется сильному, а сильный становится во главе. Вот только во главе чего? Коралина именно в эту минуту задумалась о том, что у этой власти не было никакого смысла, ведь все, что их окружало, это руины их собственных планет, когда-то прекрасных, сейчас беспощадно убитых. И осталась лишь Милета, прекрасная, девственно чистая, необыкновенная и… непокоренная. Избив Талия, Риген возомнил, словно сумел подобраться к завоеванию Милеты. И в чем-то был прав.
— Думаешь, я не знаю, что ты притащилась сюда не одна? — смысл сказанных слов не сразу дошел до Коры. Она посмотрела на дуло бластера, направленное прямо в голову Талия. — А ведь мы договорились, милая. Ай-ай-ай.
И грянул выстрел.
Глава 25
Разбитое сердце Милеты
Стрелял Рэйн. В упор. Хладнокровно и расчетливо. Риген взвыл, с силой сжав раненную ногу и завалившись на бок. В синих глазах — ни грамма сомнений. Воспользовавшись эффектом неожиданности, Рэйн лишил способности двигаться и двоих бугаев, которые держали Талия под руки. Коралина замешкалась лишь на секунду, но уже в следующую рванула к Талию, отталкивая его в сторону. Сейчас начнется замес. Это Кора поняла по тому, какое количество нецензурных слов выдавил из себя Риген за четверть минуты. Совершенно безумное. И большинство из них Коралина слышала впервые.
Рэйн двигался уверенно и быстро, закрыв их своей спиной и выставив вперед оружие. Его ли Коралина обвиняла в трусости пару минут назад? Ему ли в лицо говорила о том, что милетские мужчины слишком слабы перед лицом опасности? Она смотрела на широкую спину любимого человека и сгорала со стыда. О нет, сейчас перед ней мужчина в самом прямом смысле этого слова. Сильный, опасный мужчина, который за своих порвет глотки всем и каждому.
— Рыжая сука, — Риген выглядел проигравшим и взбешенным. Еще бы, все его прихвостни лежали либо парализованные, либо с простреленными коленями в лучших традициях американских боевиков. Коралина с гордостью взглянула на Рэйна, который стоял неподвижно, как один из солдат терракотовой армии. — Никуда ты не уйдешь.
— Быстро в сферу, — скомандовала Кора, уставшая от этих игрищ. Алита выжидает прямо за этими стенами, готовая в любую минуту взять здание штурмом. Выточенным за многие годы движением Коралина перекинула подбежавшего в гневе мужчину через плечо, уложив его штабелем рядом с его приятелями. Надо же, а реакция осталась прежней. Она бы даже смогла улыбнуться, если бы не находилась в крайне неподходящей для радости ситуации.
— Ильсинка, — Талий вцепился в ее штанину озябшими пальцами, и Коралина пропустила удар сердца, как и тот момент, когда он от бессилия свалился на пол. — Мой отец…
— Что?..
Она по инерции посмотрела на второго мужчину, выведенного сюда, и схожие черты лица с хрустом завершили пазл в голове. Ник Сэт-Ави никуда не сбегал. А сфера вывезет только троих. В момент ее осознания сработали дверные датчики, оповещая о том, что грянула подмога. Рэйн закричал, рывком поднимая Талия с земли. Тот застонал от боли. Риген победно завопил, чередуя проклятия с угрозами. А Коралина в этот самый момент рвалась на части, словно тряпичная кукла. Сфера заблокируется изнутри, как только внутри окажется третий человек, и понесется по заранее загруженному маршруту без шанса на правки. Непробиваемый шар, который будет не остановить. Одна секунда на размышления.
Коралина бесцеремонно схватила за руку иссохшего мужчину с обросшим лицом и тусклыми глазами. В голове как никогда пусто, а сердце, бедное ее сердце пошло трещинами. Она игнорировала отчаянные крики Рэйна, который призывал поторопиться, просто обхватила его лицо обеими руками, крепко целуя в губы. Ее нежный, храбрый Рэйн, такой восхитительный в своей силе. Потом точно так же поцеловала Талия, осторожно, чтобы не причинить боль разбитым вусмерть губам. Ее стойкий, милый мужчина, такой доверчивый и чистый, смотрел на нее, как на единственную свою богиню. Выла сирена, еще издали слышался топот множества ног. У них есть еще одна секунда, и ее Коралина потратила на то, чтобы с необычайной легкостью толкнуть старшего Сэт-Ави внутрь. Вот и все. Безмолвно. Быстро. Жестоко.