— Это поразительно, — выдохнула она, но когда порыв ветра унес ее слова, повторила громче: — Это просто потрясающе!
Он в ответ только широко улыбнулся, подойдя ближе и вставая рядом. В душе Коралины взметнулось так много чувств, что она не могла их контролировать, бросаясь от мысли к мысли. Как там дома? Мама до сих пор плачет? Как школа? Найдут другого преподавателя по дзюдо? Конечно, найдут… А ведь Кора еще взяла заказ на партию свечей, кто теперь вернет заказчику деньги? А здесь так поразительно и свободно, так до боли в сердце великолепно… и все прочее казалось таким никчемным и ненужным, ведь Коралина стоит на вершине совершенно другого мира, начиная жизнь с чистого листа. И рядом — новый человек, чью душу еще, наверное, придется узнать.
Через пару минут Рэйн предложил спуститься в оранжереи, и Коралина задумчиво кивнула головой, прощаясь с целым миром, но — только на пару минут. Кажется, у нее все только начинается.
Лифт довез их до тридцать пятого этажа, где, по словам Рэйна, находится все самое интересное — фруктовые деревья родом с Корсаканы, которые на Линее, в силу климата, не растут в естественных условиях. Коралина хмыкнула, вспоминая, как впервые побывала в ботаническом саду в Питере. Как оказалось, земная оранжерея не шла ни в какое сравнение с тем, что она увидела сейчас.
Рэйн приуменьшил, когда сказал, что на тридцать пятом этаже находят фруктовые деревья — тут находился целый фруктовый лес, в кронах которого резвились птицы. Коралина проследила за ярко-синим пернатым хвостом, который исчез в ближайшей оконной раме — вылетел на свободу, а другая птица, розово-белая, тут же влетела, приземляясь на ближайшую ветку и с интересом начав рассматривать новых посетителей.
— И их не запирают? — удивилась Кора, когда целая стайка маленьких птичек вылетела из оранжереи. Рэйн удивился.
— Зачем?
— Так улетят же, — растерялась она, посмотрев на проводника. В его синих глазах застыло такое же непонимание.
— Коралина… я не совсем понимаю, — он вздохнул, нахмурив брови. Девушка остановилась под висячими ветвями какого-то дерева, которое все было усеяно крупными красными плодами.
— Птице же явно экзотические — вон какие красивые, — начала пояснять она, тщательно подбирая слова. — Явно большого труда стоило, чтобы их поймать и привезти сюда… и они так свободно летают.
— Ты права, — медленно начал он, задрав голову вверх — прямо над ними тут же пролетела и пискнула роскошная зеленая птица, напомнившая орла и цаплю одновременно. — Это экзотические птицы, они прилетели из Корсаканы… но никто их не отлавливал, — Рэйн развел руками. — У них период миграции. Некоторые стаи живут в оранжереях города, некоторые в ближайших лесах… На Милете запрещен отлов животных, — добавил он, пожав плечами.
— Даже в зоопарки? — Коралина хмыкнула, скрестив на груди руки.
— Я слышал про это варварство, — вздохнул Рэйн, став необычайно серьезным. — Дукрут порабощает природу, и нам этого не понять, — проводник сказал это совсем уж холодным тоном, и Коралина невольно сжалась. — Извини, — тут же заволновался он, отступив назад. — На Милете нет такого понятия, как «зоопарк». Есть платные и бесплатные туры по наиболее населенным животными местам. Например, в леса Тароны — там обитают коршунцы, киркиры, сомбры… Я потом могу показать, — заверил Рэйн, когда лицо Коралины вытянулось от обилия новых слов. — Там нет ни клеток, ни вольеров — только безопасные мобильные сферы, которые передвигаются по тропам животных.
— И сколько стоит такое удовольствие? — Коралина недоверчиво выгнула бровь.
— В леса Тароны — бесплатно. Скажем, с гидом и возможностью подойти к сомбре — пять люэ для одной семьи. С детьми — три люэ.
— Ты дуришь меня! — снова не сдержалась Кора, покачав головой. — Просто невероятно.
— Нет ничего такого, чтобы посмотреть на свою планету, — Рэйн говорил предельно серьезно. — Мы — народ Милеты, и никто не имеет право брать деньги за то, чтобы ее изучать, узнавать с новой стороны. Для инопланетных туристов другие условия и цены.
— Вот как, — Коралина улыбнулась. В душе как-то тепло стало от осознания того, насколько здесь все… правильно? Не идеально, а правильно, так сказать будет наиболее верно. В словах Рэйна была непобедимая истина.
— Хочешь попробовать? — она не успела отреагировать, как мужчина потянулся к ближайшей ветке и сорвал пару фруктов для нее. Коралина вылупила на него глаза, на мгновение потеряв дар речи.
— Ты чего творишь? Увидят же!