Кабинет, где ее приняли, был просторным и светлым. Солнечные лучи пролились на пол щедрой порцией, и даже широкие листья множество цветов нисколько не затмевали. Коралина остановилась на пороге, не решаясь идти дальше. Наска остался снаружи, заверив, что будет ждать прямо под дверью и если что вынесет упавшую в обморок Кору. Его шутка показалась абсолютно глупой, но девушка ничего не сказала — молча зашла внутрь. И теперь стояла сиротой, напряженно вглядываясь вглубь кабинета, где, предположительно, стоял стол. Нужно собраться и просто сделать это.
— Не волнуйся, милая, — неожиданно приятный женский голос разбил тишину, и Коралина встрепенулась. — Я не собираюсь принимать у тебя экзамен, — из-за ближайшего цветка вышла статная дама в совершенно обычной одежде и широко улыбнулась Коре. — Нанна Дэм-Нова, я о вас наслышана.
— Здравствуйте, — Коралина сдавленно улыбнулась, злясь на саму себя за то, что опять посчитала женщину слишком знакомой для незнакомки. — Прошу прощения, но я, кажется, не знаю ваше имя.
— Ох, конечно, извини, — она совершенно простодушно хлопнула себя по лбу, шагнув ближе. — Мартина Вита-Ло.
Нет. Значит, не совсем сошла с ума, потому что фотографии этой мадамы очень часто мелькали в новостных постах, разве что одета она была более пафосно, а не в рваные джинсы и модную молодежную рубаху с поясом. Коралина настолько опешила, что даже рот приоткрыла, впрочем, довольно быстро пришла в себя, нахмурившись. Лучше бы Камила проводила собеседование, финики зеленые. Мартина тем временем поманила ее за собой в сторону длинного темно-зеленого дивана, усеянного подушками разных форм и размеров преимущественно желтых и оранжевых цветов. Не хватает… а, нет, столик с чаем здесь тоже был.
— Присаживайся, — морева первой плюхнулась на диван, а Кора подозрительно прищурилась. Все это тянет на какую-то странную проверку по итогу которой Коралина Дэм-Нова прослывет невоспитанной и глупой.
— Спасибо, — она все-таки села, смерив женщину еще одним недоверчивым взглядом. Мартина улыбнулась.
— Я специально попросила Наску, чтобы он не рассказывал обо мне, — она сокрушенно вздохнула. — Потому что ожидала такой реакции.
— Так он знал, — Коралина не спрашивала. Дрожь в руках ушла, уступив место замешательству и сосредоточенности. — Я, признаться, потрясена, — медленно сказала она, не зная, как реагировать на сложившуюся ситуацию.
— Я не хотела тебя смущать, — морева виновато улыбнулась, замахав руками. — Просто иногда я провожу собеседования, когда не занята.
— На досуге, — снова подтвердила Кора, медленно выдохнув. Ладно, все не так плохо.
— И это тоже, — Мартина придвинула к ней чашку чая, отпив из своей. — Но, на самом деле, я очень хотела с тобой познакомиться, Коралина Дэм-Нова.
Приехали. Коралина неловко хмыкнула.
— Да? И почему же?.. — девушка спрятала лицо в чашке, с удовольствием вдыхая мягкий ягодный аромат.
— Наска мне все уши прожужжал, — женщина пожала плечами. — А когда вчера утром все советницы, как одна, обсуждали тебя, я решила во что бы то ни стало увидеться с тобой. Здесь обычно… тихо, — Мартина легко улыбнулась. — А ты такая яркая и громкая.
— Спасибо? — Кора растерялась, рассматривая красивое лицо моревы. Светло-зеленые глаза на бледном веснушчатом лице смотрелись почти мистически.
— Это правда, — она хохотнула. — И в дополнении ко всему, я близко дружила с твоей бабушкой, Коралина. Когда-то давно.
— А сейчас? — девушка насторожилась. Мартина погрустнела.
— Мы поссорились. Впрочем, к чему слушать старые истории, — она подобралась. — Как тебе в Мирлее?
Кора прищурилась, догадавшись, что о причине ссоры ей никто не скажет, поэтому расправила плечи, хорошенько подумав, о чем можно сказать. Ей нравилось здесь. Так, как нравится возвращаться домой после тяжелого рабочего дня или из далекой страны. Ей здесь было спокойно. Так, как бывает в маминых объятиях, под теплым пледом в холодную зиму или рядом с близкими людьми. Она нашла здесь часть себя. В глазах цвета летнего неба и туманного утра. Нашла и отпускать не намерена.
Сердце билось с удвоенной силой, пока Коралина говорила обо всем этом, вспоминая мельчайшие детали жизни в Мирлее. Чудесные оранжереи и добродушие прохожих, утопичное равенство и уважение к любой жизни, будь то человек или животное. Мартина слушала обо всем этом и улыбалась, словно мать, выслушивающая дочку после ее первого дня в школе.