— Я говорю серьезно, — напомнил мужчина, вынуждая ее обратить на себя внимание. — И, раз уж Вы все слышали, — он сделал акцент на последнем слове, — свяжитесь со мной на днях и дайте свой ответ по поводу гражданства, — Жэн-Ши вручил ей самую обычную бумажную визитку, на которой были написаны номер телефона и имя.
— Наска, — прочитала Коралина, и мужчина кивнул, слегка улыбнувшись. — Хорошо, я напишу Вам. Спасибо.
— До встречи, нанна Дэм-Нова, — он махнул ей рукой и ушел, оставив Кору стоять посреди прихожей. Только спустя пару мгновений она вспомнила, что на улице ее дожидается Рэйн, и помчалась туда.
Наска к тому времени уже уехал, но что-то Коре подсказывало, что увидятся они еще не раз и не два.
* * *
Рэйн вырос в городке у моря на юге Корсаканы, и мама всегда говорила, что его глаза — как безбрежные воды. Он любил свой дом и город, двор, где росла омасса. Рэйн справедливо считал, что прекраснее Милеты нет мира во всей галактике, безопасней и идеальней. А потом он стал взрослым, сразу после того, как на его глазах убили и маму, и отцов, оставив только пустой дом и шепот моря. Рэйн осознал, что помимо Милеты есть еще планеты, где люди жестоки и злы, обижены на свою жизнь и свое несчастие. Убийцы были с Дукрута — компания пьяных туристов, которые посчитали, что Дамира Лан-Со слишком горда для обычной «сучки», и зарезали ее ножом. Рэйн никогда не простит Милете то, что она запрещала любое вида насилие и тем самым подвергала своих жителей опасности — они попросту не умели защищаться.
Да, правительница Корсаканы — Рубия Одэтта — запретила дукрутам въезд на территорию своей страны, и все сорок восемь стран поддержали ее решение закрыть для них Милету на оговоренные два мока, или двадцать дукрутских лет. Но срок истек, и вот, они снова заполонили Милету, грубые, злые, жестокие. Они массово бежали с загнивающего Дукрута, где истребили всех животных, срубили все леса, поработили своих женщин и утонули в собственной жадности. Рэйн все это знал и ненавидел, со злобой смотря на встречающихся на улице туристов. Он прекрасно знал, что варилось в их душе — нескончаемая зависть к идеальной Милете, богатой природными ресурсами. И он, конечно, понимал, что все сорок восемь стран единогласно бы закрыли Милету для любых посещений, если бы могли отказаться от притока денежных средств, за счет которых экономика Милеты считалась лучшей в галактике Пантона. Замкнутый круг.
ГОЗПиС борется с тем, чтобы туристы не досаждали жителям Мирлеи, и борется весьма успешно, но Рэйн многое бы отдал, чтобы никто с Дукрута или Ирнекана никогда больше не появлялись на Милете. И когда он впервые увидел Коралину, то решил, что она непременно должна жить на Милете, а не там, где властвуют подобные Ригену Шогзу и его дружкам. Рэйн ведь видел, как дукрут ее касался, как смотрел, и тогда он почти поверил, что разорвет ему глотку, если не возьмет себя в руки. То, что он тогда испытал… не поддается никакому объяснению. Рэйн просто хотел, чтобы Коралина была в безопасности. В ней есть многое от мирлейских женщин, эта абсолютная сила и уверенность, пленящая красота и холодное спокойствие. Но еще, Рэйн успел это заметить, Кора была доброй и настоящей. Наверное, именно это его так пленило — ее открытость, ведь обычно женщины, которых он встречал, прежде всего замечали его прокаженные пятна.
Коралина просто воспринимала его как обычного человека, пусть и со свойственными ей странностями. Рэйн все это списывал на воспитание Дукрута, поэтому не очень волновался. Расставание с ней длинное в пять свотов обернулось для него тревожностью и мыслями о том, что и Кора нашла себе занятие куда более интересные, чем общение с ним. Рэйн просто хотел… Чего хотел, он так и не понял, потому что мысли тут же спутались подобно клубку ниток, и он окончательно растерялся, решив на время оставить мысли о теплых карих глазах и прекрасных цветах, принятых из рук Коралины.
Когда Рэйн решился на это, она ему ответила и согласилась пойти на праздник. План был провален. Впрочем, он нисколько не расстроился, помчавшись за ней в дом Дэм-Новы с улыбкой на губах и глупыми надеждами. Все мужчины Мирлеи одинаковы — ждут и верят на совершенно пустом месте, ведь в глубине души Коралине нет до него дела. Нет ведь?..
— Рэйн! — она помахала ему с порога, припустившись к машине, и проводник едва ли успел выйти, чтобы открыть ей дверь. — Знаешь, рада тебя видеть, — выпалила Кора, плюхнувшись на первое сидение. Рэйн замер, недоверчиво вглядываясь в ее лицо. — Куда едем?
— В центр, — отозвался он, заставив себя улыбнуться. — Там пройдет праздник, приуроченный к тому, что в лесу Лакии, это к северу от Эо-Сити, недавно зацвели редкие деревья — иму. Там будут угощения, музыка, фото-галерея цветения и фейерверки.
— Звучит весело, — заулыбалась она, окинув Рэйна внимательным взглядом. Он смутился. — Слушай. Я вела себя как последняя свинья, когда не отвечала тебе. Или отвечала односложно. Это глупо и некрасиво с моей стороны, — она вздохнула, не отрывая взгляда от его лица. Рэйн так и стоял возле открытой двери машины, глядя на нее сверху вниз. — И я хочу извиниться. Снова, — Кора хмыкнула, выглядя совершенно спокойной, когда как в душе ее проводника буйствовал шторм из смешанных чувств. Кажется, его щеки примерили весь спектр красных оттенков. — Извини меня, Рэйн, — она необычайно серьезно посмотрела ему в глаза. — Я просто не хотела к тебе привязываться, — Коралина пожала плечами. Сердце Рэйна пропустило удар.
— А сейчас? — он спросил это шепотом, не зная, почему внутри вдруг стало так легко и радостно. Замечтался. Кора выгнула бровь.
— Что? Я не хотела к тебе привязываться, потому что думаю вернуться на Дукрут.
Мир на мгновение замер. С лица Рэйна схлынули все краски, и он молча кивнул и уселся за руль. Коралина гневно подумала, что сделала только хуже. Но ведь она просто хотела быть честной! Почему он выглядит так, словно Кора разбила ему сердце и выбросила в открытый космос? Девушка хотела сказать что-то еще, но Рэйн ее опередил, выглядя совершенно уверенным и серьезным:
— Ты не запомнила самую главную ценность Милеты, Коралина. Не привязывайся, если не хочешь. Но мы оба сделали достаточно, чтобы привязался я. И ты ничего с этим не сделаешь, — после таких слов он просто завел мотор и выехал со двора. Кора хотела бы, чтобы Рэйн отвез ее в аэропорт прямо сейчас, чтобы оттуда улететь куда-нибудь далеко-далеко. Она шумно выдохнула, едва не схватившись за голову.
Даже думать не хотелось, что Рэйн испытал, когда получил букет, а следом за ним — пять дней умышленного избегания. Вместо этого знания Коралина предпочла бы биться головой об стену. Она, правда, совсем забыла, что людям свойственно чувствовать, и теперь пожинала плоды своей забывчивости, сгорая от стыда.
Ничего не попишешь — придется все исправлять. И одним букетом Коралина точно не отделается.
Глава 6
Город-вечный-карнавал
До центра добрались в полнейшей тишине, и за это время Коралина решила для себя многое. Например, она займется вынюхиванием подробностей дела об исчезновениях уже сегодня, перед этим позвонив Жэн-Ши и сообщив, что хочет получить гражданство Мирлеи как можно быстрее. А еще Кора в срочном порядке будет разбираться с Рэйном. И ежу понятно, что вся его симпатия вызвана мирлейскими предписаниями, и Коралина была здесь практически ни при чем. Ну, если подумать, Рэйн — мужчина на планете, где женщин абсолютное меньшинство, где выше всего ценится духовная привязанность, где нет забот больше ни о чем, как быть любимым. Коралина практически была уверена в том, что из всего спектра ее достоинств, Рэйна больше всего привлек факт, что она — женщина. Вот и вся соль. Она его не винила, потому что когда-то и сама была такой — бросающейся из крайности в крайность. Вот только теперь она уже большая девочка, и пускать все на самотек только ради его красивых глаз не станет.
Кора прикусила губу и осторожно выдохнула, заставив себя взять себя руки. Ей было не жаль себя — она давно уже смирилась с изменой Антона и залечила свое разбитое сердце, Коралина смертельно боялась того, что совершенно не подходит под описание «любящей мирлейской жены». И поэтому ее положение опасно шаткое — ни обижать, ни отваживать от себя Рэйна она не хотела, но и давать ложных надежд — тоже.