— Напомни в следующий раз не сомневаться в твоих чувствах, — сдавленно прошептал он, шумно вдыхая. Дышат тут как стая сомбр… Коралина точно проснется.
— А ты сомневался? — Рэйн усмехнулся, раскрывая объятия, чтобы Талий устроился между его коленей.
— Нет, но напомни в будущем на всякий случай, — пробурчал он, снова прильнув к нему и сложив голову на плечо. — Я Ильсинке тоже скажу… мало ли.
— Она не должна сомневаться, — серьезно произнес Рэйн, неожиданно помрачнев. — Ни в ком из нас.
— Тоже заметил? — Талий подобрался, подняв на него взгляд. — Волнуется она, — заметил шепотом, поджав губы. — Сказать боится. Или не хочет.
— Заметил, — мужчина кивнул, прикрыв глаза. — Слишком многое на нее навалилось. Это сложно — приобщиться к новой жизни.
— По себе знаешь? — Талий накрыл его щеку ладонью, и Рэйн наклонил голову, ластясь к его руке. — Мы рядом будем, — твердо сказал он. — Поддержим. Всегда. Мне тоже было сложно от семьи уходить, — поморщился, пытаясь выгнать из головы воспоминания. — Но теперь-то Кора не одна.
— Теперь никто из нас не один, — Рэйн улыбнулся, целуя гладящие его пальцы. — Теперь все хорошо будет.
— Как скажешь, — Талий повторил его улыбку, убирая ладонь, а потом хитро прищурился. — Как думаешь, Кора слишком удивится, если мы все проснемся на одном диване?
Рэйн пару секунд растерянно моргал, а потом едва не расхохотался. Коралина, может, и не удивится, но они с Талием вряд ли теперь заснут, слушая взбаламошенные сердца друг друга. Впрочем, лучше, чем теперь ложиться в разных комнатах. Сил прятаться друг от друга больше не было. И не нужно этого больше.
* * *
Она стояла посреди холла, откуда вела дверь в приемную залу, где произошел разговор с моревой. Кора подняла глаза к потолку и вместо сводчатых окон увидела зияющую космическую пустоту. Она уже была здесь, разве нет? Девушка приглушенно выдохнула, повертев головой. Снова — одна. Попыталась сделать шаг в сторону, но не вышло, будто приклеенная стояла, в силах лишь оглядываться. От чувства беззащитности стало не по себе, но Коралина крепко сжала кулаки, медленно выдыхая. Дурацкий сон и только. На грани какой-то совершенно безумной реальности.
Сначала ее обдуло ветром, а потом оглушило совершенно невменяемым грохотом, словно весь мир в одночасье рухнул. Кора прижала к ушам ладони, в ужасе думая о том, что перепонки лопнули ко всем чертям. Впрочем, через мгновение вновь стало могильно тихо, а над голой все так же был бесконечный космос и его тысячи звезд. Выбраться бы из этого кошмара побыстрее, вернуться домой, в тепло. Коралина потянулась за светлыми образами, которые услужливо рисовал разум, чьи-то лица, родные, но чудовищно далекие, словно из дугой жизни.
Не ее жизни. Кора хватанула ртом воздух, все так же не в силах пошевелиться. Запертая, пойманная, такая беспомощная. Страх накрыл ее с головой, и девушка осела на пол, прижав руки к голове, будто до сих пор пыталась защититься от шума.
— Смотри-ка, как волнуется, — раздался приглушенный голос откуда-то сбоку. Кора даже не вздрогнула. Все равно не докричится. — Какой сильный разум, столько вспышек…
— Мы ведь нашли ее, да? Это она?
— Да. Цветочек, — почти с ласкою протянул первый голос, и Коралина напряглась. — Так расцвел на чужой-то земле, погляди!
— Нужно вернуть ее? — второй голос напрягся, то приближаясь, то отдаляясь. — Пока не поздно.
— О, ты прав. Она внимательна и осторожна, а все равно так глупо раскрыла себя, — некто хохотнул, словно находил эту ситуацию абсолютно забавной. — На приеме у советницы так бескультурно угрожать более высокому по статусу, — раздался возмущенный цокот, а Кора неловко повела плечами. — Это могла сделать только чужачка, совершенно неподготовленная к тому, чтобы прилететь на Милету… Нужно предупредить Жнеца, — голос стал жестче и серьезнее. — Пусть готовит «Полуночницу» к новой поставке.
— Как скажешь. А…?
— О Цветочке не волнуйся, я разберусь, — Коралина могла поклясться, что на невидимом лице появилась хищная ухмылка. — С ней и теми, кого она себе подобрала.
На этом сон начал рушиться. Кора поняла — просыпается. Космос над головой разверзнулся искрами звезд, и девушка едва успела отскочить от особенно крупного обломка. Она снова может двигаться, какое невероятно облегчение. Вдох, другой…
В комнату пролился утренний свет, потянувшись лучами к Кориному лицу. Она фыркнула, резко открыв глаза, и почувствовала, как громко билось собственное сердце, будто вздумало выбить грудную клетку, раздробив при этом ребра. Коралина медленно выдохнула, собирая мысли по разным углам. С первого сна со странными голосами прошло уже почти два месяца, она и забыла, каково это — просыпаться в холодном поту. Ей понадобилась пара секунд, чтобы восстановить обрывки жуткого диалога. Теперь не осталось сомнений — ее ищут, как бы параноично это ни звучало. И, кажется, уже нашли. От липкого страха сковало все тело, и Коралина просто лежала, будто снова впала в оцепенение, как в кошмаре. В себя ее вернуло только ощущение тяжести на животе. Кора осторожно повернула голову, увидев Талия, который закинул на нее ногу.
Подобная картина словно ударила по голове, и девушка едва ли не дернулась, лихорадочно вспоминая подробности минувшего вечера. Они были на крыше ресторана, потом поехали домой… где Коралина сделала им предложение, и потом весь вечер они целовались. Ничего больше. Кора медленно выдохнула, найдя глазами кольцо на руке Талия. Не снял. Рэйн спал в другом углу дивана и тоже пал жертвою длинных стройных ног, будучи живой подушкой. Ему досталось больше — Талий еще умудрился сложить руку ему на лицо, этакая морская звезда. Коралина неосознанно заулыбалась, и тревога исчезла будто по мановению волшебной палочки. Она перевернулась на бок, стараясь как можно аккуратнее снять ногу Талия со своего живота, и умиленно хмыкнула, рассматривая его расслабленное лицо, на которое вдруг скользнул солнечный луч. Талий поморщился, недовольно застонал и натянул плед на самые глаза.
— Доброе утро, — Кора мягко рассмеялась, целуя его лицо сквозь ткань покрывала. В ответ раздался еще один стон, и Талий выглянул из-под пледа, сонно щурясь. — Ты такой красивый, — сокровенно прошептала она, а мужчина замер, торопливо ее изучая. А потом молча потянулся за объятиями, уткнувшись в ее плечо. Коралина улыбнулась, огладив губами его лоб и макушку.
— Ну вот, теперь я хочу каждое утро так просыпаться, — пробурчал он, нежась в ее руках, словно дорвавшийся до ласки кот. — И засыпать.
— Да? — Кора сделала вид, что задумалась. — Тогда придется это исполнить. Сегодня нужно будет посмотреть жилой модуль.
Талий шумно выдохнул, подняв на нее взгляд. Он поймал ее мысль о том, чтобы съехаться. Всем троим. Жить вместе в Корином модуле, так же проводить вместе вечера, встречать дни. Просто жить. И эта мысль ему ужасно понравилась, как и та, что, наконец, можно будет уехать из материнской квартиры и не считать себя обузой для семьи, от которой ушел уже очень давно. Коралина подарит ему свободу, научит заново дышать, даже не подозревая об этом. Талий улыбнулся и поместил в эту улыбку всю свою благодарность, всю безграничную нежность и… любовь, которые копил в себе очень долго. Все для них двоих.
Позади заворочался Рэйн, и оба подняли головы, не сговариваясь переползя поближе к нему. Кора протянула руку через Талия, сложив ладонь на груди Рэйна, прикрыла глаза, пытаясь запомнить запах и вкус этого утра. Такого прекрасного в особом понимании. Талий выдохнул в ее шею, замерев так на долгие секунды, а Рэйн открыл глаза и теперь смотрел на них обоих со свойственной только ему тихой нежностью. И ничто не могло испортить этот момент. Кроме внезапной мысли и вспомнившейся фразы.
«Разберусь с ней и теми, кого она себе подобрала».
Кора широко раскрыла глаза, удержавшись от того, чтобы не вскочить с дивана прямо сейчас. Парни синхронно почувствовали ее напряжение, озадаченно переглянувшись. Коралина закусила губу, выравнивая дыхание.
— Встаем? — бодро спросила она, демонстративно потягиваясь. — Дел сегодня много, — голос в конце фразы дрогнул, и Талий вскинул брови, сжав ее в объятиях крепче.