— Ильсинка? — в глазах недоверчивый океан. Кора испуганно дернулась, и Талий мигом разнял руки. — Скажи нам… что случилось? — прошептал он почти что с мольбою, и девушка почувствовала, как ее сердце сжимается от боли.
— Я вспомнила, что забыла написать бабушке, — надломлено соврала она, сглотнув. — Наверное, сейчас страшно волнуется.
Жить в бесконечно лжи, скрывать от них чуть больше, чем положено — Коралина поняла это только сейчас. Она никогда не сможет быть с ними искренной до конца, и это причиняло невыносимые мучения. Разве можно будет построить по-настоящему крепкие отношения с такими-то условиями? Кора не знала. Но жалеть о принятом решении не собиралась. Она обязательно найдет выход. Всегда находила.
Завтрак прошел тихо. Талий хлопотал над плитой, а Рэйн сражался с кофейным автоматом, пока Коралина старательно делала вид, что оправдывается перед бабушкой. Притворяться почти не пришлось, потому что в непрочитанном висело несколько сообщений от Софиты, три от Маата и одно — от Тэфа. Все, как один, интересовались, как прошел «особенный вечер», к которому Кора так долго готовилась. Пришлось уклончиво ответить, что все расскажет, когда вернется. Сегодня нужно было решить вопрос с модулем, но перед этим — Коралина повела плечами — необходимо провернуть одно грязное дельце, и от этого никуда не денешься. Кажется, придется воспользоваться благосклонностью Наски. Кора почему-то знала, что ему можно доверять, даже несмотря на приближенность к мореве. Он не сдаст, даже если поймет ее намерения.
Коралина уставилась на кружку с горячим кофе, которую пододвинул Рэйн, и подняла голову, встречаясь с его настороженным, взволнованным взглядом. Она же сама подпустила их обоих к себе слишком близко, чтобы сейчас притворяться. Да и не хотела она этого, пусть весь мир будет свидетелем, Кора готова на что угодно, но только не лгать самым родным!
— У меня проблемы, — сдавленно прошептала она, обхватив кружку обеими руками. Талий что-то уронил на пол, резко обернувшись к ней. — Не такие, чтобы вы о них волновались, — Коралина прикрыла глаза. — Я с ними разберусь. Это из-за моей жизни на Дукруте. Отголоски прошлого, понимаете? Я не знаю, что конкретно происходит, но мне нужно время. Если вы не хотите с этим мириться, мы можем подождать… я не хочу чтобы вы тревожились по пустякам.
— Такие ли это пустяки? — одними губами спросил Рэйн, нагнувшись к ней так, что едва ли не касался носом ее носа. Кора выдохнула сквозь зубы.
— Самые обыкновенные. Я справлюсь, правда, — Коралина даже поморщилась от того, насколько неправдоподобно это прозвучало. Талий оставил в покое продукты и подошел к ней, встав за спиной. Молчал. — И я обо всем расскажу, когда выясню. Не о чем тут говорить, — Кора сделала глоток горячего напитка, а Талий все так же молча положил ей руку на плечо, слегка сжав. — Мы можем сегодня выбрать жилой модуль? — Кора спросила это, прикрыв глаза и сглотнув.
— Можем, — Рэйн накрыл ее щеку ладонью и приник губами ко лбу. Талий обнял со спины, зарывшись носом в волосы на макушке.
— Мы с тобой будем, Ильсинка.
Коралина до боли стиснула зубы. Никому не позволит им навредить. Все сделает. Даже солжет. Даже им.
* * *
Бабушка выслушала ее доклад с напускной серьезностью, а потом расплылась в такой улыбке, что Кора засомневалась — а нет ли там завязочек. Софита заверила, что свое благословение она дает наперед и даже сама запишет их к ритении — уполномоченному лицу, которое фиксирует потенциальный брак и проводит психологическую консультацию на тему семьи и полиамории. Коралина выяснила, что за сектором Мю закреплены сразу четыре ритении, и с одной из них бабушка знакома лично. Ох уж эти рекомендации по знакомству. Кора только хмыкнула, но тут же помрачнела.
— Морева сказала, что мама получала за меня какие-то выплаты. Якобы авансом за то, что я стану гражданкой Милеты. Но если бы я решила вернуться, то выплаты не только продолжились, но и увеличились, — она сказала все это на одном дыхании, пока Софита смотрела на нее широко раскрыв глаза.
— Что? — бабушка едва разлепила губы, и ее руки безвольно опустились вдоль тела. — Эката получала деньги?..
— За то, что родила девочку, — Коралина кивнула, сцепив пальцы в замок. — Я боюсь, что именно поэтому мама хочет, чтобы я вернулась. И папа.
— Ты хочешь вернуться? — Софита немного оправилась от потрясения, серьезно на нее посмотреть. Кора растерялась от вопроса в лоб.
— Нет, — предельная честность, хотя бы здесь. — Я уже решила жить здесь. Даже свадьбу запланировала, как видишь.
— Тогда почему тебя это волнует? — женщина придвинулась к ней, аккуратно коснувшись подбородка. — Почему ты так переживаешь?
— Я не… переживаю, — вопреки словам Кора вздохнула. — Я уже сбегала от родителей, — девушка собралась с мыслями. — В другой город. Жила отдельно. Но сколько бы я не пыталась себя оторвать от них — не получается. Они слишком меня к себе привязали. И я…
— Так не отрывай, — Софита пожала плечами. — Жить взрослую жизнь — не значит забыть свой старый дом. Да, ты должна найти свой, но родители — такая же часть тебя, как разум или сердце. Не нужно от них убегать или прятаться. И как бы по-свински они себя ни вели, — женщина глубоко вздохнула, видимо до сих пор возмущенная услышанной новостью, — они остаются родной кровью. Просто найди в своем сердце место для их поступка, — она всепрощающе улыбнулась, — и живи дальше. Я поссорилась с Экатой двадцать шесть дукрутских лет назад и теперь вряд ли сумею вернуть то, что было. Не очерняй свою душу, девочка, не держи обиду. Но и не забывай, — Софита хмыкнула, всплеснув руками. — Знаешь, припрятана у меня одна стоящая вещь для такого случая. Подожди.
И с этими словами бабушка скрылась в коридоре, оставив Коралину одну. Девушка прерывисто вздохнула, очень надеясь, что Софита притащит вино или что-то еще алкогольное. Простым соком, каким здесь опаивают гостей, не отделаешься. Она криво усмехнулась, и тут ее взгляд упал на кухонный стол, за которым произошел душещипательный диалог. И Кора обмерла, только сейчас заметив, что смартком бабушки лежал включенным. На экране светились какие-то документы. Коралина собиралась это сделать, но чуть позже. Сейчас же шанс упустить нельзя.
Она дрожащими пальцами пролистала вверх и вниз, бегло читая написанные слова. Заметки. Заметки о работе, какие-то отчеты. Ничего странного и необычного. Стоп. Кора вздрогнула, когда в самом низу электронного листа мелким шрифтом было написано «Полуночница», а рядом адрес — проспект Никары-Коны, 567. Коралина поджала губы и прикрыла глаза. Она вышла на дорогу, сворачивать некуда.
* * *
— Напомни, почему я здесь? — Наска с подозрением оглядывал задворки, куда их привел навигатор. Коралина же сосредоточенно сверяла адрес.
— Потому что ты мой друг? — она хмыкнула, не отрываясь от экрана смартфона. — А еще любишь приключение и ненавидишь задавать вопросы.
— Что? — мужчина озадачился и фыркнул. — Знаешь что, Коралина Дэм-Нова…
— Тише, — девушка бесцеремонно шикнула на него, сделав вид, что прислушивается. — Ты это слышишь?
Наска округлил глаза, напрягшись, а девушка изогнула губы в издевательской ухмылке.
— Видишь, как прекрасно молчание без твоего ворчания.
— Ты просто невыносима. Между прочим, ты выдернула меня с работы. Так, чтобы ты знала. И в следующий раз скажи мне, чтобы я не соглашался на твои авантюры никогда в жизни.
— А я на твои соглашаюсь, — Кора обидчиво поджала губы, и Наска виновато потупил взгляд. — А я хотела тебя на свадьбу пригласить, но раз не хочешь…
Повисла тишина, и на сей раз самая настоящая. Коралина не мигая смотрела на Наску, который застыл с совершенно забавным выражением лица, словно она только что сказала, что небо зеленое, и по нему летают свиньи. Впрочем, в свете последних событий свадьба казалась такой же паранормальщиной, только вот Кора решила, что отныне будет называть вещи своими именами. И чтобы все сложилось хорошо, сейчас нужно постараться.
— Чего ты замолчал? — девушка весело ухмыльнулась, первой выскакивая из машины. — Нам нужно еще многое сделать. Пойдем, мой Санчо Панса.