На угол нового пристроя, где (по моим задумкам) должен будет прописаться склад какого-нибудь приличного арендатора (вроде аптеки), мы успели навесить новых ярких и даже немного блестящих баннеров. Надеюсь, местная шпана не бросится их сразу разрисовывать всякой гадостью. На вход прицепили шариков. Точнее, не на сам вход, а на кирпичную пристройку, в которую пока не успели вставить наружную дверь.
Ой, нет. Чувствую, не по порядку я. Это всё потому, что у меня сегодня мозги в кучу!
Итак. Когда мы с папой решили постепенно городить пристройки, то первым делом проплатили фундамент, и его нам сделали сразу целиком.
Второй серией нанятая бригада отстроила длинную пристройку папе и маленькую — Вове. Дальше эти павильоны (о, павильоны!) получили полную чистовую отделку, после чего пошла третья серия — чисто моё (хотя договаривался по-прежнему папа).
Третий этап — возвести кирпичные стенки, согласно проекту, насколько денег хватит. Пока мне хватило на четыре небольших секции: две, стыкующиеся на углу (одна с большими окнами и одна глухая — вместе это будущая аптека) и две по десять с небольшим квадратов — втиснутые между аптекой и крыльцом центра — комнаты с окнами, в которые я планировала посадить репетиторов. Дальше шла выгородка под будущий входной тамбур, и на этом деньги на кирпич закончились.
Из того, что в августе выплатила мне керамичка (а принесла она прилично, чуть не полтора миллиона), я проплатила постройку крыш, чтоб хотя бы от дождей было прикрыто. Получается, всё, что после Вовиного киоска, слегка напоминало детсадовские веранды — стенки и потолок. Ну да ладно, оконщик уже приходил, замеры сделал, как только деньги появятся, он сразу дыры с улицы прикроет, станет с виду прилично, и можно будет потихоньку доделывать внутренности.
А пока входной тамбур больше напоминал украшенный шариками навес, но всё равно было нарядно.
Внутри у нас тоже играла музыка — Вовка подогнал пару кассет с приличным и весёленьким, чтобы можно было по кругу крутить.
Сегодня целый день дежурили и я, и двое охранников, и администратор Шура, и многие руководители кружков приехали, а за тех, кто не приехал, я (как на ярмарке, чес слово) отдувалась, нахваливая их от всей души, демонстрируя стенды, грамоты, медальки под стеклом и прочие возможные достижения.
Пару прохиндеев охранники поймали. Один попытался свистульки с выставки в кабинете керамики спереть, а другой — туалетную бумагу из туалета! Отлепился от группы спортсменов, внимающих айкидошнику, и нырнул в пустую раздевалку — а там шкилять нечего. Не крючки же от стенки отрывать! И дальше дверь в мужской туалет. Вот он бумагу и спёр. Ну, крандец, позорище… С другой стороны, может, это он от отчаяния? Всё остальное было либо заперто, либо бдительно охранялось. Мда.
Записали мы народу — просто дохрениллион.
— Как же мы их всех размещать будем? — заволновалась Шура.
— У-у! Половина, если не больше, сейчас домой придут, и там их начнёт жаба душить.
— Не так уж и дорого у нас занятия стоят. Я видела объявления дороже.
— А всё равно жалко. Часть, может, начнёт ходить да отвалится. Кому не понравится, кому неудобно покажется или уставать будет, не успевать — мало ли. Энтузиазм сдуется. Хорошо, если четверть постоянно заниматься будет.
Но всё равно, движение вокруг радовало. Сарафан — он и так работает.
Вова сегодняшним днём тоже остался доволен. Народу к нему зашло за день — прям табуны. Да и не только к нему! Учитывая, что уроков не было, только торжественная линейка — и гуляй, любопытствующие школьники и их родители заглядывали и в магазины, и (внезапно) в парикмахерскую, и даже ателье заново увидели. Папа тоже говорил, много смотрели. Он сегодня с Тонькой работал, иначе бы, как пить дать, спёрли бы у него не одну вещь.
Ну вот, и у Вовы сегодня получилась первая выручка. Нехилая такая.
— Ты только не стремись сразу потратиться, — посоветовала я. — Половину, считай, надо на чистые кассеты потратить. Да исходники ещё покупать…