— Не верь, не верь! — нашептывает мне со всех сторон. Леденящий страх заползает в душу, он сжимает и заставляет бешено колотиться сердце.
Это всё деморфы, — убеждаю я себя. — Но я же знаю, что они не желают нам добра. Я не должен их слушать!
Я полностью ухожу в себя, погружаясь в мучительную внутреннюю борьбу. Наконец, ощущаю, что силы на исходе. Мне даже начинает казаться: ещё немного, и я потеряю рассудок. Однако опыт жизни в общине рядом с людьми, всегда готовыми помогать и поддерживать друг друга, не проходит даром.
Мне нужно с кем-нибудь поговорить! — соображаю я. — Но с кем?
И тут меня осеняет. Вскакиваю и шагаю по направлению к соседнему жилому блоку.
Тен сразу открывает мне дверь.
— Хочу спросить у тебя одну вещь, — начинаю я. — Как ты решился прийти сюда? Как смог довериться? Ты же знал, как в Общинах относятся к государствам и их жителям!
Тен задумывается и отвечает не сразу:
— Ты живёшь, и видишь, как все плохо. Как страдают те, кого ты любишь. Как система заставляет людей творить зло. Они вроде и неплохие, и, может, такими и остались бы, если бы их не поставили в такую ситуацию, когда они вынуждены… И нет надежды, что станет лучше. Прямо на твоих глазах становится ещё хуже. Ты сначала надеешься, что найдётся кто-то сильный, смелый и умный, и изменит это.
А потом понимаешь, что никто не найдётся. Есть только ты — такой, какой есть — слабый, боязливый, так мало знающий. И нет никакой уверенности, что ты хоть чего-то добьёшься. Это очень страшно, когда понимаешь… А дальше ты просто берёшь и делаешь, что можешь. Прямо там, где стоишь!
Мы говорим до самого утра, пока не осознаём вдруг, что понимаем друг друга с полуслова. Словно ощущаем соединяющее нас духовное сродство.
Это, конечно, вопиющее неуважение к личному пространству, но я не могу ждать! Подхожу к двери Согласующего и стучу. Заспанный Дар окидывает меня удивлённым взглядом.
— Почему ты поверил мне тогда? — спрашиваю я. — Из-за Эи, да?
— Лишь отчасти. Ты такой же, как мы! Ненавидишь ложь, не получаешь удовольствия от чужих страданий, стремишься к знанию. Помнишь те наши долгие беседы? Ну, а потом ты много раз достойно показал себя в деле, и все убедились, что тебе можно доверять!
— Ты думаешь, им можно верить?
— Скорее да, чем нет. Эя полетит с ними!
— Как?
— Из-за ребёнка. Они обещали вылечить.
— Но это невозможно! Даже у нас!
— Ты знаешь, сколько им лет?
— Никогда не спрашиваю у людей такие вещи!
— Дейн и Райн моего возраста. Тэми помладше. Они показывали фотографии своих детей. Их мир похож на мечту!
Дар замолкает и взглядывает на меня с лёгким укором:
— А теперь иди к себе и попробуй всё-таки поспать! Сегодня опять будет очень насыщенный день!
Возвращаюсь в свою гостиную и в полном изнеможении опускаюсь на диван. Среди хаоса охвативших меня мыслей высвечивается вдруг одна: эти арья не хотят войны, и я должен донести это до тех, кто способен понять!
Но разве она пойдёт на такое? — сомневаюсь я.
Это может всё изменить! — упорно доказываю себе.
Я не смогу её убедить! — возражаю себе же. — Да что там — никто не сможет!
Но чем больше я думаю об этом, тем яснее вижу: это и есть то, что я должен сделать!
Я содрогаюсь вдруг оттого, что ясно вижу суть того противостояния, в которое оказался вовлечён. С ужасом осознаю, что оно не только и не столько человеческое.
Кто я, чтобы бросить вызов таким силам? — в отчаянии размышляю я. — Они раздавят меня и даже не заметят!
Тен
Я проспал завтрак, но на обед меня всё-таки вытащили соседи. Там-то меня и находит Дар.
— Готовься, сейчас будешь выступать перед Советом! — заявляет он.
— Я⁈ Перед Советом⁈ — не веря своим ушам, переспрашиваю его.
— Ну да. Ты же за этим сюда и пришёл, я правильно понимаю?
— Ну да… — растерянно подтверждаю я. — Но я же не умею! Столько людей…
— Не бойся! Просто расскажешь всё, как есть, и ответишь на вопросы!
Тэми
Мы, кажется, всё решили и обо всём договорились. Пришло время отправляться в обратный путь. Помимо Эи и Тео с нами полетит ещё и Дар. Так решил Совет. Он будет Представляющим от Союза Общин.
Мы собираем наши вещи и с помощью тану загружаем во флаер все необходимые припасы, после чего расходимся по своим комнатам. Вот только меня не покидает странное ощущение какой-то незавершённости.
Я собираюсь ложиться спать, когда приходит Тео. Он вцепляется в мою руку и просит: