В-третьих, если уж погрязшим в «темных веках» европейцам так хотелось приобщиться к лучшим образцам науки, то что мешало им сделать это на 200 лет раньше, в эпоху расцвета арабской цивилизации — на рубеже IX–X в.? Никаких географических препятствий к культурному обмену не было: граница между «арабским» и «европейским» миром с VIII по XV в. проходила чуть ли не по середине Испании и отдельные территории то и дело переходили из рук в руки (не говоря уже о постоянном торговом обмене между соседями — арабской Кордовой, Севильей, Валенсией и европейской Кастилией, Каталонией, Арагоном).
И в-четвертых, а у арабов-то откуда взялись все эти чудеса? В конце VIII – начале IX в. мы видим, как Халифат — огромное заведомо-нестабильное государство, созданное бедуинами-кочевниками, не знающими ни письма, ни счета, закономерно разваливается — казалось бы, на этой территории должен царить окончательный хаос — ан нет. На рубеже IX–X в. мы обнаруживаем здесь несколько вполне цивилизованных, процветающих государств, где пишутся научные и философские труды, создается энциклопедия, переписываются истории путешественников (из которых сейчас наиболее известен цикл «1001 ночь»).
Что произошло менее, чем за столетие, с безграмотными и радикально-сухопутными кочевниками, что они стремительно бросились в науку и морские странствия?
Помните четыре мифических талисмана данов: Камень Фал, который издавал крик, когда на него становился законный король; Копье Луга которое приносило победу; Меч Нуаду, от которого не было защиты; Котел Дагда, который сам наполнялся пищей? Меч Нуаду и камень Фал объединятся в «меч в камне» — который может извлечь только истинный король (или Халиф) Артур (или Ар-Рашид соответственно). Копье Луга (солнечное копье) станет в «1001 ночи» копьем волшебного всадника, поражающим врагов на любом расстоянии, а в христианской мифологии — копьем Лонгина, которым была нанесена смертельная рана Иисусу (или Esus'у). Вот и пришла пора поговорить об этом персонаже. Итак Езус (Esus), один из героев племен богини Даны. Впоследствии, как уже говорилось выше, он был обожествлен, а его атрибутом стало мировое дерево. Когда кельтские племена одичали и начали практиковать человеческие жертвоприношения, то жертвы Езусу приносили путем повешения человека на дереве. Деградировавший культ Езуса, как и солярный кельтский крест с кругом (исходно — символ солнца на парусе, эмблема морских королей), был импортирован римскими императорами в III–IV в. из Галлии и Британии. Затем, на базе этого культа, с добавлением национальных мифологий и солярных религий, свойственных римским военным, слеплено т.н. «христианство». Более подробно об историческом эксперименте по выведению имперской религии путем гибридизации разнородных верований с последующей ампутацией «лишних» конечностей — в работе автора «Ретроника — прогнозирование прошлого». Но причем здесь добрый странствующий философ Иисус из Галилеи, которого последователи считали Христом, и который учил, что Бог есть любовь? Он-то, разумеется, не при чем, но вот его последователи к началу II в. придумали замечательную вещь, которой только и не хватало, чтобы сделать имперских подданных ПОЛНОСТЬЮ управляемыми и зависимыми от мнения церкви (тоже имперской, разумеется). Послушаем, что пишет современник:
«По их учению выходит, что нечестивца, если он смирится под тяжестью бедствия, бог примет, а праведника, если он, обладая добродетелью с самого начала, обратит свой взор ввысь, он не примет!
...бог, поддавшись жалобам жалующихся, ублажает дурных и отвергает хороших людей, не поступающих таким образом. Христианский учитель говорит: мудрецы отвергают наше учение, потому что мудрость вводит их в заблуждение и сбивает с пути...
Христиане прибегают к простодушным и малолетним невеждам, говоря им: смотрите, чтобы кто-нибудь из вас не коснулся знания, знание — зло, знание отклоняет людей от здоровья души. Христианский учитель поступает подобно тому, как если бы кто в пьяном виде, выступая перед пьяными, стал поносить трезвых за пьянство».
(Цельс, «Правдивое слово»)Иначе говоря, мало, чтобы подданный не умел отличать хорошее от дурного (и обращался за этим к церкви) — он еще должен считать само это умение — порочным, обладателя такого умения — дурным человеком! Цельс недоумевает — но любому современному политику ясно, что это была блестящая идея: знание — зло, а любой человек исходно является дурным, но может быть назначен хорошим (церковью, разумеется). Идея очень близкая деградировавшему позднему друидизму (культу Езуса), где уже не основанное ни на каких знаниях всевластие священства доходило до того, что друид мог объявлять человека виновным или невиновным вопреки очевидной логике... поскольку логика (как разновидность знания) считалась злом.