Арнольд рассеянно кивнул и повернул диск на панели. Изготовитель сухо кашлянул.
— Больше того, — продолжал Грегор, отступив на несколько шагов назад, — наше дело — очистка планет. Ты не забыл об этом? За каким чертом нам надо ввязываться…
У изготовителя начался припадок кашля.
— Готово, — сказал Арнольд. — Здесь написано: «Мелдженский даровой изготовитель — последний триумф Глоттенской лаборатории. Фирма гарантирует его неразрушаемость, неуничтожаемость и бездефектность. Изготовитель не требует источника энергии. Включается нажатием кнопки, выключается индетерминированным ключом. При обнаружении любых неисправностей просим немедленно сообщить в Глоттенскую лабораторию».
— Должно быть, ты не понял меня, — снова начал Грегор, — мы с тобой занимаемся…
— Не будь занудой, — перебил Арнольд. — Как только мы включим с тобой эту штуку, нам уже незачем будет работать. А вот и кнопка.
Машина угрожающе заскрежетала, затем скрежет сменился ровным гудением. Прошла минута, другая, третья — видимых результатов не было.
— Ей надо прогреться, — неуверенно пробормотал Арнольд.
Из отверстия в панели посыпался серый порошок.
— Должно быть, отходы производства, — сказал Грегор.
Прошло четверть часа, а порошок продолжал сыпаться.
— Удача! — завопил Арнольд.
— Да, но что это? — поинтересовался Грегор.
— Не имею представления. Надо будет проделать анализ.
С видом победителя Арнольд отобрал в пробирку немного порошка и направился к лабораторному столу.
Грегор стоял перед изготовителем и молча смотрел, как из машины сыплется серый порошок.
— Не выключить ли его пока? — проговорил он наконец.
— Ни за что! — возразил Арнольд. — Чем бы этот порошок ни оказался, он стоит денег.
Арнольд зажег бунзеновскую горелку, налил в пробирку немного дистиллированной воды и принялся за работу.
Грегор пожал плечами. Он уже привык к сумасбродным затеям Арнольда. С того самого дня, как они основали собственную фирму, Арнольд, не переставая, искал легких путей к богатству. Как правило, усилий эти легкие пути требовали больше, а денег приносили меньше, чем простая добросовестная работа. Но Арнольд быстро забывал о прошлых неудачах. «Что ж, — подумал Грегор, — все лучше, чем сидеть сложа руки. По крайней мере хоть не так тоскливо». Он принялся раскладывать самый сложный из своих пасьянсов.
Несколько часов в конторе было тихо. Арнольд кропотливо трудился, добавляя реактивы, отбирая осадок и поминутно заглядывая в толстые справочники. Грегор сходил за кофе и бутербродами. Поев, он принялся расхаживать по комнате, наблюдая, как из машины сыплется серый порошок.
Постепенно гудение машины сделалось более громким, а тоненькая струйка заметно потолстела.
Час спустя Арнольд встал.
— Дело в шляпе, — торжествующе провозгласил он.
— Что же это такое? — осведомился Грегор, втайне надеясь, что Арнольд хоть раз в жизни попал в точку.
— Это не что иное, как тангриз, — ответил Арнольд и выжидающе посмотрел на партнера.
— Тангриз, говоришь? Не может быть! Ты уверен?
— Абсолютно.
— Тогда будь так добр и объясни, что такое тангриз! — заорал Грегор.
— Я был уверен, что ты знаешь. Тангриз — это основная пища мелдженцев. Взрослый мелдженец съедает за год несколько тонн этого порошка.
— Пища, говоришь? — Грегор с уважением посмотрел на толстую струю. На машине, которая безостановочно, двадцать четыре часа в сутки производит пищу, можно неплохо заработать. Особенно, если эта машина не нуждается ни в энергии, ни в обслуживании и себестоимость продукта равна нулю.
Арнольд уже раскрыл телефонный справочник и набирал номер.
— Алло, это Галактическая корпорация пищевых продуктов? Соедините меня с президентом. Что? Вышел?.. Тогда с вице-президентом… По очень важному делу… Что? Изложить в письменном виде?.. Послушайте, я могу снабдить вас практически неограниченным количеством таигриза — главной пищи мелдженцев… Вот именно!.. Я так и знал, что вас это заинтересует. Подождать у телефона?.. Так и быть, подожду.
Арнольд посмотрел на Грегора.
— Эти крупные корпорации воображают, будто… Да, сэр! Совершенно верно, сэр!.. Ваша фирма торгует тангризом?.. Превосходно…
Грегор подошел поближе, пытаясь расслышать, что говорят на другом конце провода. Арнольд отпихнул его.
— По какой цене? А какая сейчас средняя рыночная цена? Ах, так… что ж, пять долларов за тонну, конечно, не бог весть что, но я могу… Как вы сказали?.. Пять центов за тонну? Оставьте шуточки! Давайте говорить серьезно!