— Деян, - одёрнул его сидевший рядом. - Ты токмо не заговаривайся.
— Не пужайтесь, - всё столь же лукаво оглядел собравшихся Никита - Пусть себе грозится, сколько влезет. Чай, не из пугливых я.
— Да я и не грозил тебе вовсе, - развёл руками Деян. - Князь сам разберётся, кто из нас ему ближе, а ненужных... - он красноречиво рубанул ребром ладони по горлу.
— Ясное дело, - протянул вдумчиво Никита Изяславич.
В ворота влетели конники.
Ярополк ворвался внутрь, точно во вражий стан. Следом – Гореслав.
— Стой, - он удержал друга за плечо. - Остынь сперва. Не дай им понять, что тебе что-то известно.
— Не учи меня, - рыкнул князь. Сбросил руку купца.
Тот отшатнулся.
"Дурная горячая голова", - он втянул воздух. Осердился.
Ярополк задержал на друге сверкнувший злыми огнями взор. Гореслав в ответ поглядел ему прямо в глаза. Даже не дрогнул. Князь тяжело выдохнул, отвернулся. Тяжёлой поступью подошёл к дверям. Распахнул их настежь. Те со страшным гулом грохнули о стены.
Ярополк переступил порог. Опустил голову. Обвёл притихших бояр взглядом исподлобья. Слышал только собственное глубокое дыхание и сильные толчки в груди.
Оторопевшие люди не спешили подняться с лавок. После заминки встал Деян Милорадович, за ним – остальные.
— Воротился! Здрав буде, княже! - воскликнул тот дрогнувшим голосом. - Мы уж заждались!
— Оно видно, - процедил Ярополк. - Все кости мне пересчитали?
Бояре точно всей толпой задрожали. Гореслав, державшийся за спиной друга, напряжённо следил за каждым. Ему показалось, будто воздух в горнице накалился.
— О чём ты? - делано хохотнул Деян. - Притомился с дороги небось, Ярополк Владимирович? Поди отдохни, а о походе позже поведаешь.
— А сам не догадываешься, о чём речь? - князь сжал кулаки.
— Больно ты не в духе, - нарочито спокойно продолжал боярин. - Знать, не удалось тебе затеянное?
Два десятка глаз глаз воззарились на Ярополка. Ждали, что тот скажет. Он побагровел лицом.
— Подай, - прохрипел князь, отведя назад руку.
Гореслав безмолвно протянул ему свиток. Ярополк схватил его и в два широких шага оказался вплотную к Деяну. Тот сглотнул. Попятился.
— Княже?.. - он выдавил из себя жалкую улыбку.
Тот рвано развернул пергамент, впихнул его в руки стоявшему подле Никите Изяславичу, не отводя яростно горящих очей от вжавшегося в скамью Деяна.
— Читай, - не разжимая челюстей, велел князь. - Вслух.
Над горницей разлетелся зычный бас.
"Светлый князь Ярополк Владимирович!
Пишет тебе родич поверженного тобой Ставра Селяниновича. Владение моё - Белолесное княжетво, что некогда было частью Озёрского.
Коли уж добрался ты до моего шурина, так скоро и мне тебя с дружиною ждать в гости. Ты силой легко покоришь нас, но мы здесь хотим тебя видеть нашим защитником. Возьми уж нас под крыло своё, владей нами, только не разоряй да защити от Бессмертного. Те деньги, что нам остаются, мы тебе исправно всякий раз высылать будем.
Ежели согласен ты миром всё разрешить вопреки своему обычаю, то приходи ко мне в стольный град, где мы с тобою потолкуем по душам.
Осмомысл Годинович"
Едва закончил Никита Изяславич, как по зале пронёсся ропот – бояре изумлённо шептались, бросая на князя несмелые взгляды.
— Как это... - пробормотал потерянно Деян, покуда Ярополк прожигал его взглядом насквозь.
— Ну, удивил, - покачал головой Никита, говоря за всех разом.
— Не ты ли, Деян Милорадович, меня от похода отговаривал? - с язвительной усмешкой вопрошал князь.
С лица боярина вся краска сошла.
— Не просто ж так, - стал оправдываться он, бегая глазами. - Дед твой не мог княжества этого взять, отец с ними мир худой подписал. Сам знаешь, что стояла эта крепость богатая у нас костью в горле. Даром, что маленькая.
Ярополк, шумно выдохнув, отстранился, вышел на середину залы.
— Взял я Озёрское, и другие, какие захочу только, возьму, - горделиво вскинув подбородок, обратился к людям он.
— Не загадывай, княже, так-то, - промолвил кто-то скрипучим голосом. - Без нашей помощи не многое у тебя получится. Юн ты ещё, горяч больно. Неосторожен.
— Довольно с меня! - вспылил тотчас Ярополк. Развернулся. - Забыли, что я уж не мальчик? Вертеть мною не выйдет.
Лик его вновь потемнел. Он волком глянул на бояр.
— Толку от вас никакого. Те, что меня отговаривали, думали, что я сам не справлюсь с войском. Те же, что меня к походу слишком уж усердно подбивали, хотели, чтобы я позор на себя навлёк али сгинул там. Думаете, не наслышан я о сплетнях, которые вы по Ратнову распускали?