Отстранившись, он окинул Гореслава спокойным взглядом.
— Отдохни вволю, друже, - небрежно потрепал того по плечу князь. - Выпей, развеселись.
Гореслав стиснул зубы.
"Не согласен я с твоим решением, Ярополк. Но разве ты послушаешь? Только рассоримся зазря".
Глава 16. С честного гостя честен и сказ
Оставшись одна, Беляна отдалась мыслям. Пламенными всполохами в сознании воскресали раз за разом то образы их с Ярополком венчания, то их встречи, полные нежности и счастья после разлуки. Воспоминания бередили душу, ускоряли биение чуткого сердца.
Однако вместе с тем кружились гудящим осиным роем предостережения Славяны, звучали вновь и вновь в ушах слова подруг и об угасающих чувствах, и о жестокости. Нутро передёрнуло, когда княгиня подумала о той драке с Доброгневом.
"А ежели я и в самом деле исторопилась?" - обуянная тревогой, она глядела на чарку перед собой, не мигая. - "Что, если Ярополк только до поры - до времени так ласков со мною был?.."
Василиса меж тем приметила, что Беляна понурилась.
— Что же ты пригорюнилась, сношенька? - склонившись вбок, окликнула она княгиню. - Не дело невесте на свадьбе печалиться. Али у тебя горе какое?
Беляна вздрогнула, обратила на золовку наполненные испугом глаза. Потом словно опомнилась: взор её потеплел, а на лице расцвела смущённая улыбка. Она молвила нерешительно:
— Ну что ты, Василиса Владимировна...
Княгиня Велиторга вдруг невесомо поднялась и белой лебедью подплыла к невестке. Та взволнованно взвилась на дубые от волнения ноги.
— К чему все эти условности? - Василиса взяла её руки в свои нежные длани и поглядела в почти прозрачные Белянины очи. - Мы с тобою теперь родня. Зови меня по имени.
Она, будто прося довериться, погладила кисти невестки большими пальцами. Ощутила, как расслабились напряжённые прежде десницы и, слегка наклонив голову, одарила Беляну светлой улыбкой.
Княгиня Ратнова беспокойно выдохнула. В лике золовки ей смутно привиделось коварство.
— Отойдём в сторонку? Шумно тут, - Василиса указующе кивнула вбок,
Беляна робко оглянулась, желая отыскать мужа, будто тот мог её поддержать, и не заметила, как по-змеиному смежила веки княгиня Велиторга, не отрывавшая от неё глаз.
Сухой ветерок омыл теплом лица дев. Беляна исподволь разглядывала одежды золовки. Платье цвета кости с рукавами-крыльями по краю обрамляла жёлтая полоса. Ни единой золотой нити, но в этом и нужды не было. Крупные жемчуга плавными волнами шли вдоль ряда пуговиц от оплечья до самой земли. Воздушные белоснежные рукава рубашки с песочной каймой были не только усыпаны скатнем¹. Там и тут на узоре голубели чистые камушки. На благородно-жёлтом оплечье рассветным солнцем сверкал узор из жемчужных нитей. На каждом лучике дождевыми каплями поблёскивали лазоревые самоцветы.
Из-под высокого кокошника-полумесяца выбивались короткие русые локоны – то немногое, что не вошло в широкую косу, оплетаюшую голову Василисы венцом. Убор, расшитый так же, как и оплечье, сверкал на свету от россыпи драгоценностей. Нити с нанизанным на них скатнем тонким кружевом нависали над челом.
"Кокошник-то новый, а всё одно такой, какой в нашем княжестве носят", - подумала Беляна, переведя взор на золотые ленты убора, колышущиеся за спиной княгини Велиторга.
Они остановились под старой яблоней, вытянувшей ветви-руки навстречу свету. Тень одарила дев прохладой.
— Разошёлся Ярило, брат как в воду глядел, - Василиса посмотрела вверх, на свет, что пробивался сквозь тёмно-зелёную листву десятками струй. - Уж дурно от жара делается.
Беляна кивнула, устремив взор на раззадорившихся людей. Пляски становились всё более и более дикими, а трели – всё разноладней.
— Совсем, я вижу, ты печальна, - с сожалением покачала головой княгиня Велиторга. - Молчишь много. Неужто стыдишься?..
"Себя", - домыслила она.
Беляна резко обернулась, словно её застали врасплох. Василиса хмыкнула, тонкие губы натянулись в полуухмылке.
— Угадала, стало быть?
Княгиня Ратнова вместо ответа вздохнула, пряча глаза. Руки покорно сложила.
Василиса, осторожничая, бросила быстрый взгляд сперва налево, после – направо, и лишь затем очи её остановились на невестке.