Варя, успокоенная, коснулась украшения.
— Чудны́е они у тебя, - молвил князь. - Не разберу никак, чего тут одна деревянная, другая – глиняная, а иная, глядишь – самоцвет обточенный.
— Другого такого ожерелья ты на всём свете не сыщешь, - хвастливо отозвалась княжна, придерживая нить на ладони. - Сама собирала. И бусины-то все дарёные...
Она покрутила меж пальцев деревянную, следом – глиняную.
— Это вот наша, ратновская, за нею – из Малоречного. Видишь, в печи обожжённая?
— Эвон как, - понятливо закивал Предраг. Рука потянулась к темени, да он себя одёрнул. - А та, что следом, откуда? - заговорил он торопливо, словно боялся что-то забыть.
— Это мне сестра привезла из Велиторга в этот раз, - княжна любовно тронула перстом жемчужину с двумя едва заметными отверстиями по бокам.
— Да-а, Велиторг скатнем богат, - протянул Предраг задумчиво. Взглянул с любопытством в лицо Вари. - А ты сама что же? Кроме родного княжества нигде не бывала прежде?
Та покачала головой. Князь углядел в её движении потаённую досаду.
— Всё, что тут у меня есть, либо у купцов прежде лежало по закромам, либо братом в походах добыто, - печально улыбнулась Варя. ‐ Я тоже хочу побывать в дальних землях. Быть бы мне птичкой, я бы и улетела...
Она вздохнула и устремила взгляд в ясно небо, такое же лазоревое, как зеницы Предрага.
Он невольно залюбовался. Мечтательность придала лику княжны необыкновенно милое выражение. Князь, забывшись, поставил локоть на стол, подпёр подбородок и рассматривал Варю. От всего в ней веяло совсем ещё зелёной молодостью: от больших очей, пушистых ресниц, чуть вздёрнутого носика и лёгкого румянца на ланитах.
"Один-в-один полевой цветок", - думал Предраг, слушая тихое бормотание княжны. - "И такая же живая. Всё-то ей любопытно".
Вдруг его осенило. Он выпрямился, заставив Варю недоумённо обернуться.
— Прими от меня подарок.
Князь развязал нить, державшую медную косу, ловко стянул двумя пальцами со жгутика маленькую костяную бусинку. После зажал её в кулаке и перевязал волосы. Затем отдал украшение Варе.
— Ой... Лошадь, - улыбнулась княжна, разглядывая безделушку на длани. - Какая хорошенькая.
— Она приносит удачу, - тотчас пояснил довольный собою Предраг. - У нас всякий муж, кто верхом ездит, такую носит.
— Я не могу принять, - тут же посерьёзнела Варя и протянула бусину князю.
— Почему? - изумился тот, отпрянув.
— А как же ты без удачи? - с детской непосредственностью спросила она. - Да и потом, разве не станут на тебя дома косо смотреть?
Предраг усмехнулся.
— Не станут, не бойся, Варвара Владимировна, - он коснулся её ладони и сложил её в кулак. - Пусть она будет с тобою в путешествиях.
От его прямого взгляда глаза в глаза Варя ощутила спокойствие, что обволокло её душу.
— Так я буду наверняка знать, что хоть один мой дар из тех, что я привёз, тебе по сердцу пришёлся, - сказал Предраг с улыбкой.
— Если ты так говоришь... - колеблясь, отозвалась княжна.
Тут её прошибло.
"Что же делается?" - принялась лихорадочно соображать Варя, когда сердце бешено заколотилось о рёбра. - "Полян, милый, как же я себе голову забить позволила?"
— Благодарю тебя, - опомнившись, кивнула она.
Тревога охватила княжну, она зарделась со стыда, спрятала глаза.
— Эгей, Предраг Микулич! - раздался весёлый оклик Ярополка.
Варя украдкой с облегчением выдохнула.
— Поведай нам наконец, что тебя так задержало, - с этими словами князь Ратнова опустился на сиденье подле жены и обвёл рукой гостей. - Всем любопытно будет послушать.
Шумные разговоры стихали один за одним, затухая, точно факела. Любопытство оказалось сильнее. В конце концов воцарилась такое безмолвие, что Предраг передёрнул плечами: ему почудилось, точно помимо людей на него глядело всё кругом и с жадностью ждало рассказа.
— Решил я ехать до тебя дорогой прямоезжею, - начал князь, прочистив горло. - Долго ли, коротко, а добрались до Черноводья, до Живиной пущи. Чу, дымка будто какая в воздухе витает, - Предраг провёл раскрытой дланью над столом. - Да поземле стелется.
Молвил он громко, распевно, окидывая взглядом слушающих.