— Мы-то уж решили, что кажется нам, - удивлённо развёл руками князь. - Светало, как-никак. Думали, может, туман?
Он вдруг подался вперёд.
— Ан нет! - выдохнул Предраг. - Чем дальше мы с дружиною шли, чем ближе ко стольному граду подбирались, тем гуще пелена становилась, дышать всё труднее было. А уж как нам глаза выедать стало, так мы не сомневались боле, что это дым.
— Хочешь сказать, Мстислав погорел? - нахмурился Ярополк.
Он слушал, поставив локти на стол да положив подбородок на скрещённые пальцы.
— Вот и мои ребята так же говаривали, - одивлённо закивал Предраг. - Я, правду молвить, на лучшее надеялся. Думал, всё дело в пожаре лесном, - он вздохнул. - Только гляди, как выходит: в пуще тишь да гладь. Звери не мечутся, как оно обычно бывает.
— Погорел – это бы полбеды, - перебил Дружина со знанием дела. - А вот ежели то был поджог...
Он осмотрелся так, словно готов был наброситься с обвинениями на каждого, кто сидел подле него.
— Нечего вздор молоть, - перевёл на него взгляд Ярополк, не желая менять положения. - Кому Мстислав не угодил? Не перебивай, - князь кивнул Предрагу. - Продолажай.
— И поджог бы благодатью показался, - махнул рукой тот. - Едем мы дальше. Глядь – вон и город. Мы как его увидали, так сразу жуть за душу взяла: тут и там рыжими светляками горят погребальные костры. Весь посад окутан чёрным. На языке горечь, а в нос жуткий смрад палёной плоти лезет.
Повисла напряжённая тишина. Князь продолжал, зловеще понизив голос:
— Через посад идём, а в каждой избе горе. Смотрим кругом, и странно: всюду всё больше женщины да дети али старики. Ни одного парня, чтобы на вид был старше двенадцати годов. А в кострах-то всё сплошь мужи.
Гости не смели перебить. Только то и дело переглядывались, и каждый встречал в расширенных глазах соседа сковывающий ужас.
— Народ бледный, худой, - расписывал Прераг, водя руками по воздуху. - Стоят все, качаются на ветру былинками в этом удушливом дыме. Идём, и нутро дрожит: нас будто не люди живые окружали, а Кащеевы мертвецы. И лица такие же пустые, только горем впридачу измученные. И стенания были столь оглушительны, что кроме плача ничего больше было не слыхать.
Ярополк казался спокойным, но Беляна слышала, как тяжело тот дышит. Видела, как плотно сжаты его челюсти, и как в мёртвой хватке сцеплены персты. Сама она трепетала в предчувствии ужасного.
Предраг прервался, облизнул пересохшие губы. Осушил чарку. На мгновение князь посмотрел прямо перед собой, восстанавливая в памяти всё то, что увидел тогда.
— Остановили нас, - он вновь заговорил громче, подняв глаза на гостей. - Мы спрашиваем, мол, что же, люди добрые, у вас приключилось?
Предраг горько усмехнулся.
— А они нам и говорят, дескать, явился Кащей как гром средь ясного неба. Один, не как обыкновенно. Все сразу неладное почуяли: дань-то в срок уплачена. Так что ж ему, окаянному, ещё потребовалось?
— Меньше положенного Мстислав отдал поди, - фыркнул кто-то. - Плавали, знаем.
— Кабы так! - покачал головой князь. - Кащей едва только пришёл, как к терему направился. У Мстислава в ту пору Всеволод гостил с дружиною. Они и слова вымолвить не успели, как Бессмертный и их обоих, и воинов их перебил. Ужас посеял, люди заметались в страхе, кто куда. А Кащею словно мало того было, так он обратной дорогой всех мужчин, кто на глаза попался, вырезал. Никого не щадил. Убивал и не глядел, отец ли это, али единственный сын у немощных родителей. Тела их по всем улицам после ещё несколько дней собирали, а дороги и при нас были чёрными от крови.
Голос Предрага дрогнул:
— Глядеть на это больно было... Пусто, смерть повсюду...
— Тебе-то больно? - возмущённо выкрикнул один из князей. - Расскажи лучше, кто Кащею доложил о том, что Всеволод с Мстиславом силы стягивают для борьбы с ним!
Ярополк обернулся. Предраг молчал.
— Что, стыдно признаться? - ехидствовал говоривший. - Мстислава со Всеволодом убили, а теперича там бояре глотки друг другу за власть перегрызают, что у одного на землях, что у второго, и управы на них нет! А всё по твоей, Предраг Микулич, милости!
— Управы на бояр и в самом деле никакой, - подхватил Предраг, обратившись к Ярополку. Остальные речи он словно пропустил. - Я как раз хотел тебя о помощи попросить, Ярополк Владимирович, - исподволь молвил князь, склонив голову в сторону. - Приди, наведи там порядок. Я гляжу, тебе оно не обременительно будет. Воинов у тебя много, а богатства лишними не станут. Я видел, что ты детинец перестраивать взялся. Стены каменные возводишь...