"Чай, из булата безделица-то..." - думала она, беспечно ощупывая половицы там, где могла дотянуться.
Персты задели деревянную рукоятку. Та проскрежетала по дубовым доскам. Сердце пропустило удар. Беляна на мгновенье остолбенела. Свесив с краю голову, прищурилась, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, но напрасно. На сей раз княгиня повела ладонью с большей осторожностью. Схватившись за прохладную рукоять, подняла руку и невольно охнула, увидав очертания длинного лезвия.
"А ежели б я длань рассекла?" - с ужасом задалась Беляна вопросом. По плечам пробежали мурашки.
— Ярополк... - позвала она так тихо, словно стеснялась собственного голоса.
Тот не шелохнулся. Всё так же лежал, отвернувшись в другую сторону.
— Ярополк, - вновь окликнула его княгиня шёпотом, однако, чуть громче.
Выждав и поняв, что её вновь не услышали, Беляна подползла поближе.
"Надо было б сразу так сделать", - подумала она.
Вытянула десницу. Потрясла князя за плечо. Его рука слепо схватила воздух подле подушки. Ярополк тотчас поднялся. Рывком обернулся и увидел сжавшуюся от перепуга фигурку жены, беспомощно защитившуюся дланями. Одна раскрыта, в другой намертво зажат нож.
Князь протяжно выпустил воздух и уронил лицо в ладони, будто умываясь.
— Это ты... - пробормотал он и вновь взглянул на Беляну. Взор его приковало к оружию.
Княгиня открыла очи и медленно опустила руки. Сердце бешено колотилось о рёбра.
— З-зачем он тут? - дрогнувшим гласом промолвила она, неосознанно сжимая нож всё так же крепко.
— Чтобы с нами беды не случилось, - тотчас коротко ответил Ярополк.
Он заговорил просяще-мягко:
— Отдай его, - князь протянул к жене ладонь.
Доверительно вложив оружие мужу в руку, Беляна с трудом расцепила одеревеневшие пальцы.
— Беда уже чуть не случилась, - эхом отозвалась она, когда князь потянулся, перекладывая нож на крышку ларца.
Ярополк обернулся, придвинулся ближе и с лаской обнял княгиню.
— Извини, - прошептал он виновато.
Нутро перевернулось: внутри всё замерло при мысли о том, что могло случиться с женой.
Князь почувствовал, как ту прошибла мелкая дрожь, но Беляна лишь крепче прижалась к нему.
"Она по моей милости чуть..." - Ярополк ощутил волну гложущего стыда, смешавшегося с кипучей злобой, от которой в груди жгло.
Гнев его впервые за долгое время обращён был на него самого. Князь больше всего другого хотел в тот миг выплеснуть ярость, вложив всю её в удар, да не мог. Она, не найдя выхода, свернулась тугим комом в подреберье, вызывая лишь тупое раздражение.
— Тебе не за что просить прощения. В каждом доме свои порядки, и тут ты их всяко лучше моего знаешь, - успокоившись в надёжных объятьях, сказала Беляна. - Давай больше не станем об этом?..
Она положила подбородок мужу на плечо, задела встрёпанными пушистыми волосами его скулу.
— Согласен, - отозвался князь.
Он, не размыкая рук, осторожно опустился на перину, и Беляна, не отпустившая Ярополка, очутилась у него на груди. Приподнялась, уперев ладони в ложе. Косы свесились с плеч.
— Эдак мы точно не уснём, - с возвратившейся весёлостью промолвила княгиня. - Тяжелёхонько будет.
Ярополк хмыкнул.
— Да-а, ты-то утянешь.
Он неожиданно поднял её над собой на вытянутых руках, будто она весила не больше пёрышка.
— Да не о том я толкую, - князь не видел Беляниного лика, но без труда уловил приглушённый смех. - Десницы затекут за ночь.
— Тоже верно, - князь бережно опустил её на прежнее место.
Он услышал шорох одеяла: жена оказалась под боком, одна её рука обвила его за пояс, а голова так и осталась у плеча. Ярополк приобнял княгиню и закрыл глаза. Его окутало усыпляющее умиротворение, какого он не испытывал уж боги весть, как давно.
Беляна пригрелась подле мужа, и ей, казалось, передался его покой. Сон начал переплетать думы, и они делались всё менее и менее связными. Оживлённые беседы, что доносились снизу, стали тише, словно нарочно давая молодым наконец отдохнуть.
Тут мысль острой иглой пронзила сердце.
"Боярин-то на кол посажен будет, если Ярополк карать его возьмётся".