"Дядя, конечно, велел ничего не трогать..." - стал рассуждать мальчик. - "Да только любопытно больно. Не может же камень Мары на ощупь таким же, как другие оказаться. Колдовской, поди..."
Он протянул было руку, да так и не коснулся венца. Кончики пальцев подрагивали от напряжения.
"Спросить, быть может?" - попытался договориться сам с собою Беловзор. - "Не позволит ведь. Ещё, чего доброго, пуще тут за всем следить станет", - отринул он эту затею. - "А если так, тайком..."
Княжич вздрогнул, вспомнив пронзительный тяжёлый взгляд.
— Я ведь ничего дурного не сделаю, - сорвался с уст лёгкий шёпот.
Чем больше мальчик медлил, тем меньше времени оставалось, и тем больше становилось возбуждение, заставлявшее сердце стучать сильнее с каждым вдохом.
"Тут ведь кроме меня нет никого, не узнать никак", - стал убеждать себя Беловзор. Резко выдохнул. - "Была-не была".
Он быстро вытянул руку. Боялся раздумать. Прикоснулся к прохладному самоцвету перстом и в тот же миг отдёрнул десницу. Воровато оглянулся. Всё по-прежнему было тихо.
"Ну, ничего и не стряслось", - ликовал ехидный внутренний глас. - "Напрасно только трусил".
Удовлетворив своё любопытство, Беловзор отошёл к стене. "Вроде как, от других струганцев не отличается ничем", - размышлял он.
В думы вдруг вплелась укоризна:
"А вот кабы ты не побоялся, мог бы получше рассмотреть камень, как положено".
Княжич посмотрел на поблёскивающий острыми гранями венец с сожалением.
"Это ж его в руки взять придётся..."
Он медленно, будто перебарывая себя, вернулся к тому столу.
"Точно обо всём проведает", - покачал Беловзор головой. Собирался уже снова уйти подальше, но искушение, глодавшее его душу, не отпускало. - "Когда ещё такая возможность выпадет на твою долю?"
Княжич знал ответ. Может, никогда боле. Соблазн был слишком велик. Времени – слишком мало. Ничего не взвешивая, Беловзор взял драгоценный убор обеими руками. Увесистый камень приятно холодил кожу, давил всем весом на длани.
"Ну тяжёл," - улыбнулся отчего-то княжич. - "Но какой красивый..."
Ведомый чем-то, Беловзор повернул венец обратной стороной да медленно, с предосторожностью попытался водрузить себе на голову, уж заранее воображая, как будет в нём смотреться. Однако, голова оказалась мала, и обод остановился только у самого носа.
"Ну вот", - Княжич разочарованно фыркнул. - "Нос не дорос", - вспомнилось ему, как насмешливо поговаривала иногда Забава Светозаровна.
Бережно снимая драгоценность, Беловзор задумался:
"Да нет, нос-то аккурат дорос, а вот я сам..."
Он опустил венец на прежнее место, оглядел его придирчиво. Отступил, прищурился.
"Ровно вроде", - наконец заключил он. - "Точно и не трогал никто".
Довольный тем, как замёл следы, княжич прошёл ко входу в сокровищницу. Хотел вприпрыжку, чтоб поскорее было, да только тут им почему-то всегда овладевало стеснение.
"Неподходящее тут место", - пришло на ум княжичу. - "Дядя будто всегда здесь, вечно наблюдает. Аж стыдно".
И правда – щёки вдруг покрылись лёгким румянцем. Правда, он тут же схлынул так же нежданно, как появился, стоило Беловзору подумать о том, что он только что нарушил Кащеев запрет.
"Да не приметит он", - беспечно отмахнулся мальчик. Со страхом поёжился. - "Наверное..."
Он выглянул за дверь. Бессмертного было не видать.
"Что-то дядя задерживается..." - княжич вышел в проход. - "Может, там важное что-то, и он надолго? Водяной всё-ж-таки", - он передёрнул плечами, вспомнив о прошлой встрече с Хозяином вод. - "Не нажаловался бы только, чего доброго".
Беловзор прошёлся туда-сюда, погружённый в раздумья.
"Ежели дядя не скоро воротится, то, может, и не ждать его?" - он снова осмотрелся по сторонам. - "А как открытой сокровищницу оставить? Тоже, вроде, нехорошо..."
Княжич с недоверием покосился на мертвецов, припомнив Налимов рассказ. Остался с ними караулить. Стража недоумённо переглянулась. Один из ратников пожал плечами.
Спустя время Беловзор увидел приближающегося гонца. Тот приветственно помахал мальчику.
— Здравствуй, княжич, - поравнявшись, промолвил он. - Ждёшь кого-нибудь?