Голову точно пронзили. Беловзор вскрикнул. Звук не отразился от стен, будто не каменные они. Глухо. Свеча выпала. Княжич прижал руки в голове. Зажмурился. Снова приступ боли. Из глаз брызнули слёзы. Беловзор оступился. Кубарем покатился вниз, оббивая рёбра о холодные ступени.
Он упал лицом вниз. Щека щипала, во рту было тепло. Княжич ощутил привкус железа на языке. На дрожащих руках приподнялся, вытер губы. Грудь, спина, колени – всё болело.
— Мне ничего от тебя не нужно, - сдавленно просипел он, шмыгнув носом. По лику текли горячие слёзы. Беловзор пытался отдышаться. - Я ничего не хотел, мне просто любопытно было...
"Ничтожное создание", - презрительно бросил глас. - "И причины под стать".
Княжич не слышал. У него крутилось на уме лишь одно.
"Он сказал, сына его зову родичем..." - упрямо глядя в пол, Беловзор так и опирался на подрагивающие вытянутые десницы.
— Кто ты? - настойчиво воззвал он. - Как меня величать, чай, тебе ведомо, коли ты так же мудр, как мой дядя?
"Ведомо", - согласился глас.
Когда он продолжил, молоточки застучали в висках княжича, выбивая каждый слог. Тот угнулся, застонал.
"А моё имя Чернобог".
_________
¹Струганцы - полудрагоценные камни кварцевых пород, которым можно было легко придавать форму, то есть «остругивать». Здесь – аметист.
Глава 3. ...и окунись в безмятежный мрак
В то время Дубыня уж начал не на шутку волноваться и то и дело обращаться стал к товарищу.
— Любомир, - окликнул он ратника. Тот тайком закатил очи. - Что-то княжич замешкался сильно. Не стряслось ли с ним чего?
— Эк нагородил ты, братец, - почесал в затылке стражник. - Сам-то подумай, ну что с дитём в чертоге случиться может?
Дубыня поправил прикрывающий шею платок – подарок Ольхи.
— Да кто ж знает? - пожал плечами он. - Всяко в жизни бывает. Может, заплутал.
— Коли так, то его уж давно ребята к себе в гридницу взяли. Ну, иль сюда ведут, - Любомир встряхнул кистями, похрустел пальцами, а после усмехнулся. - Не иначе, мальчишка на ночь остался у кого-то. У нас всяко есть, на что глянуть.
Он по старой привычке размял шею и пробормотал:
— Эх, сыграть бы в зернь¹ со всеми...
— Только мечтать о таком можно. Нам тут бессменно стоять, - вздохнул Дубыня. - Не то что дальним. Те-то на ночь в подклети спускаются...
Завязалась у них беседа об играх разных, и забыл Дубыня ненадолго о заботе своей. Но назойливые мысли не желали уходить.
— Не могу я так, - сдался наконец он.
Наткнулся на удивлённый взгляд товарища. Заговорил вновь:
— Пойду хоть Ворону скажу, чтоб за княжичем не сюда приходил, - смирившись, махнул тогда рукой Дубыня. - Только то-то на душе у меня нехорошо.
Стоявшие у дверей ратники пропустили товарища, стоило ему заговорить о Беловзоре. Прежде, чем войти, он по всем приличиям постучал в дверь и стал терпеливо выжидать, покуда слуга не отворил.
— Здравствуй, Ворон, - голос стражника звучал так слабо, точно тот извинялся.
— Дубыня?.. - тот потёр дланью очи и сосредоточил на собеседнике сонный взгляд. - С Беловзором что-то случилось? Или я владыке нужен?
— Нет вроде бы... – не слишком решительно начал тот.
— В таком случае, с остальным поди к Забаве Светозаровне, - пряча зевок за рукавом, Ворон прямо на глазах ратника стал закрывать створу. - Доброй тебе ночи.
— Постой!.. - чудом успел ухватиться за ручку Дубыня. - Это княжича касается.
У слуги весь сон прошёл тотчас же.
— Тогда скорей говори, - оживился тот. - С этого и начинать было надобно.
— Я сообщить тебе хотел, чтобы ты с утра не в светлице княжича искал, - молвил стражник.
Ворон нахмурил тонкие чёрные брови.
— Почему вдруг?
"Не иначе, к Кащею отправился..." - мимоходом подумал он.