"Это чувство мне знакомо. Точно змей сидит внутри", - Бессмертный вдохнул глубже, стремясь избавиться от тяжести.
Размеренный выдох – и вновь стало легче. Кащей с непониманием прислушался к собственным ощущениям.
"Эти рассуждения я и рассчитывал услышать. Так почему же сейчас они... всполошили что-то?"
— Дядя, - осторожно окликнул его Беловзор, мягко коснувшись чёрного рукава.
Оцепенение тотчас спало с Бессмертного. Он выжидающе посмотрел на княжича.
— Я пойду, если ты не против, - слабо улыбнулся тот, отходя от стола.
— Ступай, - безразлично махнул рукой Кащей, будто всё ещё будучи где-то за гранью.
Он услышал, как Беловзор пожелал ему доброй ночи. Неохотно кивнул в ответ.
"Я поступаю справедливо?" - раздумывал Бессмертный, оставшись один. - "Если бы я не был уверен, то ни за что бы не поверил, что мальчишка не лжёт".
Он не мог и сам себе признаться, что речи эти задели струны его сердца.
***
"Луна – его творение..." - невидяще глядя себе под ноги, размышлял Беловзор, пока шагал по широкому пустому переходу.
Его поступь была так мягка, что даже в мёртвой тиши чертога не было слышно ни единого отзвука. Длинная нечёткая тень следовала за княжичем по пятам, становясь темнее всякий раз, когда встречалась со свечой. В редкие широкие окна не попадало света. Беловзор вдруг поднял голову, повернулся. Подошёл к одному из них и, вскочив на подоконник, всмотрелся в тончайшую полупрозрачную слюду, заменявшую стекло. Прижался едва не вплотную, стремясь разглядеть небо. Оно, как и всегда, было беспросветным, глухо-чёрным. Ни звёздочки. Ни лучика.
"Разве справедливо, что нам отсюда не видно светил, когда они созданы руками дяди?" - думал княжич, смотря на собственное отражение в окне. - "А как сверкают! Глядеть – не наглядеться!"
Он наклонил голову, вяло ткнул в отполированную до зеркального блеска слюду перстом и вздохнул с тоской.
— Как же так вышло, что дядя оказался тут? - спросил Беловзор у едва различимого отражения шёпотом. - Сколь хочешь, меня убеждай, а всё одно в жизни не поверю, что он сам тут жить согласился.
Мальчик по ту сторону глядел на него пытливо, будто ответа ждал. Очи сверкали острыми, незадорными искорками. Княжич оглядел задумчивое, смурное лицо, и губы дрогнули в улыбке. Отражение тотчас показалось Беловзору более приветливым, и лишь затем он отвернулся. Намеревался спрыгнуть на пол, но думы вновь одолели его.
"Но..." - внутри всё замерло. - "В сказке луна была щитом Ярилы, который сковал Сварог..."
Дыхание стало неглубоким, частым.
"А дядя никогда не лжёт. Стало быть, люди в самом деле всё забыли со страху, и правда в том, что и месяц, и звёзды принадлежат ему..."
Взгляд забегал по полу, покуда княжич напряжённо соображал.
"Сын Чернобога, что жил прежде Ярилы..."
Разум принялся складывать части в единое целое. С каждым подставленным в картину кусочком пальцы дрожали всё пуще, но не от страха. От возбуждения.
"Раз сумел луну повесить на небо, то, выходит, жил в Прави. А тем, в ком течёт кровь смертных, нет туда пути. Значит..."
Беловзора осенило:
"Так он – бог!"
Княжич протяжно выдохнул. На устах мелькнула улыбка, а на душе стало так легко, словно он только что разгадал непростую загадку.
"А всё-таки, дядя лучше Чернобога. Тот вон какой", - Беловзор неосознанно сглотнул. - "Обидчивый. Всё одно, что ребёнок".
Княжич соскользнул на пол и направился вперёд.
"Теперь понятно, отчего он всё о мире ведает. Не мудрено, когда ты даже видал, как Сварог людей создал!"
Внезапно настигшая мысль заставила Беловзора замедлить шаг.
"Это что ж получается? Люди мне братьями приходятся? И я, значит, тоже человек?"
Княжич тут же фыркнул и легонько хлопнул по бедру.
"Хоть бы глупости не молол!" - с укоризной одёрнул себя он. - "Какому ж человеку в Навь войти дозволено? Их, к тому же, дядя на дух не переносит. Да и на что ему смертного подбирать? Забавы ради?"
Беловзор кивнул с совершенной уверенностью:
"Так я и поверил".
Затем он запустил руку за пазуху и, выудив цепочку, висевшую на шее, любовно потёр пальцем камень в увесистом кольце.