"Сам он не куёт, а вот Сварог..." - отвлечённо раздумывал Беловзор.
Они оба не заметили, что молчание затянулось. Княжич первым нарушил его.
— Дядя, а ты меня колдовать научишь?
Этот прямой, бесхитростный вопрос заставил Бессмертного насмешливо дёрнуть уголком уст.
— Позже об этом потолкуем, - отрезал он. - Прежде нужно с Водяным разобраться.
Беловзора такой ответ устроил: он понимающе кивнул и улыбнулся. Нутро дрожало в предвкушении.
"Только этого мне недоставало", - стиснул зубы Кащей. Озабоченность отразилась на лице: между бровей появились две тонкие складки. - "Куда это может привести? На самотёк пускать нельзя..."
Голова стала словно тяжелее от наполнивших её мыслей.
"Отсрочить выход за данью я не могу, не то люди распоясаются. Они и без того не всегда в срок платят, а если я сам вовремя не явлюсь, тут о повиновении можно будет и не мечтать. К тому же, за седмицу, полагаю, волшба в мальчишке поуляжется. Может, всё дело в испуге сильном да в том, что он ещё не совсем в себя пришёл".
Двери залы уже были распахнуты: Бессмертного ждали.
— Явился! - воскликнул вместо приветствия Водяной, когда Кащей вошёл.
Следом, стараясь слиться с его длинной тенью, проскочил княжич.
— Вижу, что явился, - проходя мимо, Бессмертный брезгливо скривился, заметив глинистый след на полу.
Ворон, всё это время следивший за Хозяином вод, стоял у стены. Скрытый полумраком, он остался незамеченным. Проводил Бессмертного пристальным взглядом, каким хищник следит за добычей. Кащей по-хозяйски свободно расположился на сиденье: опёрся о спинку, руки расслабленно легли на подлокотники. Однако, холодный блеск чёрных очей, устремлённых прямо на Водяного, доказывал, что небрежность эта была напускной. Никто не ведал также и того, сколь непросто Бессмертному было сохранять невозмутимый вид. Резкий запах стоячей воды, ила и рыбы вызывал лёгкую тошноту. Беловзор покрутил головой по сторонам, не зная, куда себя деть. Обернувшись на Хозяина вод, торопливо взбежал по ступеням и встал подле Кащеева плеча.
— Думал, и в э-м-тот раз тебя не до-м-ждусь, - пробулькал Водяной.
Княжич со страхом смотрел на мутно-жёлтый рыбий глаз с чёрным зрачком в середине. Зеница, порой суматошно бегающая из стороны в сторону, застыла на месте. У Беловзора спина покрылась мурашками, когда он понял, что око уставилось ему в лицо.
— Мне сказали, в про-м-шлый раз тебя не было в черто-м-ге, - с недовольством фыркнул Хозяин вод, уставив когтистые тонкие лапы в бока.
"Как так, ежели мы с тобою вместе в сокровищнице сидели?.." - Беловзор округлил и без того большие глаза и перевёл недоумённый взгляд на Бессмертного. Тот оставался по обыкновению непоколебим.
— Говори, зачем пожаловал, иначе и сейчас ничего не успеешь мне сказать, - утомлённо перебил Кащей.
— Слишком уж мно-м-го ушей... - прошипел Водяной, вытянув руку в сторону Ворона. - Слишком длинный язык.
Оборачиваться ему не пришлось: глаза, расставленные по обе стороны сплюснутой человеческой головы, глядели одновременно и на Кащея, и на слугу.
Бессмертный посмотрел за спину Хозяину вод, встретился с Вороном взглядом, и тот понял его без слов. Коротко кивнул и скрылся за дверьми. Правда, далеко от створы отходить не стал. Остановился так близко, что едва не касался её ухом.
— Ты чего это? - с сомнением глядя на слугу, спросил один из стражей.
— Делаю, что велено, - как ни в чём не бывало, отозвался Ворон, сохранив совершенно серьёзный лик.
— А что велено-то? Подслушивать? - ехидно усмехнулся второй.
— Ну-ка ш-ш, - махнул на него рукой слуга. - Не то Кащею скажу, что мешаете.
Он скосил глаза в сторону и заметил, как посерели от страха лица мертвецов.
— Вот то-то же, - самодовольно прошептал Ворон.
Пусть не слишком хорошо, но он стал разбирать, о чём говорили.
— ...как же, не из бо-м-лтливых! - Водяной, злясь, дёрнул головой. - Тебе бы лу-м-чше за слу-м-гами следить! То стража смеет на меня ору-м-жие поднимать, ко-м-гда я пройти желаю, то этот твой Во-м-рон дерзит! Никако-м-во почтения! Вместо "здра-м-ствуй" – "гó-м-лоса на меня не поднимай"! Совсем ты их распу-м-стил!