Пламя свечей в горнице дрогнуло.
— Уж не хуже тебя, - горделиво вытянув шею, отозвался Хозяин вод. - И во-м-т, что я решил. Мальчишку я забираю! И отны-м-не из моего о-м-зера рыбу брать не смей! - довершил он и решительно направился прямо к Беловзору.
— Нет!.. - тот враз оказался за спиной Кащея.
Вдруг в руках Бессмертного сверкнул меч. Стальной молнией разрезал мрак. Раздался пронзительный душераздирающий вопль. Водяного раскроило пополам. Пол залило мутной голубой кровью.
— Забыл, каково тебе тогда было? - вытерев об обмякшее тело клинок, холодно спросил Кащей. - Теперь вспомнишь.
— Дядя... - раздался надломленный голос княжича позади. - Он... он...
Бессмертный прикрыл очи и вздохнул, словно только сейчас вспомнил о том, что был не один. Затем обернулся.
Беловзор глядел стеклянными глазами за Кащея, туда, где в посмертной судороге корчился Хозяин вод. Княжич сжал в кулаке подол кафтана, другой рукой вцепился в собственное горло, стремясь задушить всхлипы.
— Он не умер, - Бессмертный шагнул к нему, но Беловзор дёргано отшатнулся назад.
Кащей одарил его взглядом, полным непонимания. У княжича в очах застыли слёзы. Он рвано вдыхал, стиснув зубы, что было сил. Внутри всё дрожало.
— Не смотри. Пойдём, - повелел Бессмертный, однако речь его уже не казалась столь бездушной.
Когда княжич направился к выходу, Кащей сделал движение рукой, точно хотел мягко подтолкнуть его к выходу. Но кончики длинных пальцев лишь едва коснулись блестящей тёмно-зелёной парчи.
— Как так может быть... чтобы Водяной был жив? - спешно утерев глаза рукавом, спросил Беловзор уже в переходе. В суеверном страхе он перешёл на шёпот. - Ты ведь разрубил его.
— Он дух, а я не пронзил его сердца, - принялся объяснять Бессмертный, уводя княжича за собой. - Даже если бы я раздробил его череп, Водяной остался бы жив. Всё дело лишь в том, сколь долго он теперь будет отращивать себе отрубленные ноги.
— Это что ж выходит, та половина, что с руками и головой, живая по сию пору? - вскинул ошеломлённый взгляд Беловзор, поравнявшись с Кащеем.
— Да. Доползёт до своей лужи, одумается, - пренебрежительно хмыкнул тот. - За четыре тысячи лет запамятовал, как это – без оболочки существовать. На сей раз обойдётся только половиной.
Княжич ничего не ответил. Он опустил взгляд на ладонь, которой тогда сжал кафтан. На ней остались окровавленные порезы, словно от дюжины крошечных игл.
___________
¹Яблоко и крестовина: яблоко – навершие, верхняя часть рукояти; крестовина – часть рукояти, защищающая руку от удара оружия противника.
Глава 21. Не ходить мне по земле-матушке, ежели проболтаюсь
Беловзор, наклонив голову, рассматривал лежавший на столе венец. В голове его стояла лишь одна картина: стража выносит из залы испоганенное бессознательное тело Водяного. Княжич был уверен, что видел, как с обрубленной стороны тянулись внутренности, но разглядеть не успел – Бессмертный загородил собой отвратительное зрелище и позвал Беловзора наверх.
— Нешто любой так может, чтоб раз-два – и нет Водяного? - спросил княжич, уже в который раз обходя безупречно чёрный убор о пяти тонких и острых зубцах.
В каждом из них сиял белоснежный огранённый самоцвет в форме четырёхконечной звезды; кроме того, на нижнем конце все они имели по небольшому крючку, отогнутому внутрь.
"Чем зорчей гляжу, тем больше вижу знаков, что дядя – месяц", - в то же время размышлял Беловзор. - "Самое тайное спрятал у всех на виду. А мне молчать не велит, нечестно!"
— Если бы любому такое было по силам, то в Нави б уже кто-нибудь другой правил, - отозвался Бессмертный из другой части покоев. Он заплетал тугую низкую косу, стоя перед зеркалом. - А мой меч в Прави выкован.
"Верно я тогда подумал – Сварогом!" - улыбнулся собственной догадливости княжич.
— Знаешь, дядя, правду молвить, так тот венец, что в сокровищнице, нынешнему вовсе не чета.
Он решил перевести беседу в иное русло. От одной только мысли о Водяном лицо сводило, точно от кислой смородины.
— Ежели снова решишь его в руки взять, то уж постарайся положить обратно так, чтобы я этого не заметил, - донеслось из-за полуоткрытой двери.