Беловзор обессиленно сполз по стене, схватившись за волосы.
— Что я сотворил... – с укором прошептал он сквозь зубы.
Княжич тщетно глушил душившие его рыдания, что заставляли содрогаться всё его существо. Уткнувшись лицом в подогнутые колени, Беловзор не видел, что кристаллы на сей раз не исчезли. Они проросли на стенах, заполнили гроздьями своды, сковали дверь. Все, как один, каменья излучали серебряный звёздный свет, и внутри каждого белели льдистые трещины.
Глава 26. Толки сквозь века
Ворон подлетел к Забаве и Вереску. Живая беседа прервалась.
— Эк тебя угораздило... - промолвил гонец с сочувствием, присматриваясь к подбитому оку.
Он тотчас стал что-то искать в сумке. Старшая смерила слугу подозрительным взором.
— Что это с тобою сталось? - изогнула бровь она, поставив руку на пояс.
— Помолчите и послушайте, - быстрее обычного заговорил Ворон. - Вы знали, что К... - он мимолётно перевёл взгляд на Вереска. Затем – обратно на Забаву. - С Беловзором колдовством поделились?
Гонец замер, не вынимая руки из сумы. Поводил носком сапога по полу.
"Теперь им и без меня всё ведомо", - подумал он.
— Кто? - неверяще наморщила лоб старшая. - Не сам же он к Чернобогу обратился?
— Вот, прими-ка, - Вереск протянул слуге платочек. - Это потому у тебя с оком беда?
Ворон с Забавой многозначительно переглянулись.
— Успеете ещё сказать, что мужчины не носят тряпок, - явно кому-то подражая, отозвался гонец.
— Спасибо, - дёрнув плечом, слуга взял платок и осторожно приложил к саднящему веку. - Ну и как, по-вашему? Кто мог во всём чертоге мальчика ворожбой наделить?
— Вот змей...
Рука старшей в порыве осознания потянулась к поясу. Ухватив воздух, бесцельно опустилась. Забава возвысила голос:
— Он из Беловзора решил навника сделать? - вспылила она.
— Он мне не отчитывается, - хмыкнул слуга.
Старшей в его словах послышался отголосок досады. Она выдохнула, взяв себя в руки.
— Как там мальчик? - твёрдо спросила она.
— И где он? - чуть тише добавил Вереск.
— У себя, - коротко откликнулся Ворон. - Знали бы вы, что там приключилось, но это я вам позже скажу. Меня сам Беловзор заботит куда сильнее.
— Глаз надо обработать. Зараза какая попадёт ещё, не дай Род, - вставила Забава. - Пойдём, я тебе подсоблю. Нет лучше лекаря, чем кузнец.
Слуга посмотрел на гонца почти с мольбой во взгляде.
— Сходи, проведай Беловзора, - он заговорил медленнее. - Сделай милость.
— О таком и просить-то нет нужды, - развёл руками Вереск, подняв плечи.
На том и разошлись, договорившись встретиться у светлицы княжича.
На месте оказалось, что тот, по его словам, жив-здоров, да выходить отказывался и впускать кого-либо тоже не собирался.
— И до какой поры ты там просидеть удумал? - вопрошала старшая грудным голосом, но суровость смешивалась в нём с материнской тревогой.
— Пока дядя не воротится! Чего вы такие непонятливые? - доносилось приглушённо из-за створы.
Ворон тут же смекнул, что Беловзор наверняка забился в самый дальний угол.
— Никто из вас ничем мне не поможет! - продолжал тот. - Ступайте!
Забава прильнула боком к двери. Черты её затуманила озабоченность. Брови надломились, уголки губ натянулись.
— А что, если он только через несколько дней обратно доберётся? Так и будешь там без еды и воды сидеть? - когда лицо старшей явственно выражало душевную боль, голос оставался неизменно спокоен.
Слуга наблюдал за ней, стоя сбоку. Забава напоминала ему птицу, что билась над слётком¹.
— Буду сидеть, если нужно! Оставьте вы меня наконец! - надломленно ответили из-за двери.
После с той стороны об створу что-то глухо стукнулось.
— Хватит, - прошептал Ворон, гревший руки на груди. - Не слышишь разве, что он сейчас сорвётся?
— Не хватало ещё, чтоб княжича самого там камнями придавило, - со страхом покосился на вход Вереск, вздрогнув.