— Что на это молвить станешь? - он не сумел удержать улыбки, что предательски засияла на его лице.
— Сразу видно, держишься ты уверенно, - медленно, веско отвечал Бессмертный, рассматривая неогранённый ещё камень на длани.
Кащей поднял глаза на Беловзора только затем, чтобы видеть, как радость наполняет его черты. Белые зубы ещё сильнее обнажились, брови чуть приподнялись от воодушевления. Бессмертный выдержал мгновенье тишины, а после продолжил:
— Кажется даже, будто тебе это делать не впервой.
Он отчётливо видел, как, подобно засохшему цветку, поникла улыбка княжича; как очи его расширились ещё пуще, но теперь во взгляде читалось вовсе не счастье. Беловзора будто застали врасплох. Кащей умело скрыл ухмылку в уголках уст.
— Я что тебе наказал? - вопрошал он ровно, мельком отметив, что самоцвет с ладони княжича пропал, пусть тот по-прежнему так же держал руку.
— Без твоего надзору не ворожить, - с раскаянием вздохнул Беловзор, избегая смотреть на Бессмертного.
Княжич переплёл пальцы и закусил щёку изнутри.
— Что прикажешь с тобою сделать за ослушание?
Беловзор кожей чуял, как испытующе проходится по нему пронизывающий Кащеев взгляд.
— Что подходящим сочтёшь, то и будет, - тихо отозвался княжич.
— Продолжай, пока я подумаю, - сказал на то Бессмертный, перекатывая самоцвет меж перстами.
Беловзор послушно начал снова сотворять камень, хоть мысли его и крутились вокруг того наказания, что могло его ждать.
"Одно только неведение – уже пытка", - думал княжич мимоходом.
Кащей внимательно наблюдал за его движениями да за тем, как снова и снова, с каждым разом всё быстрее, на ладони Беловзора возникают светящиеся самоцветы.
— И до которой поры мне одно и то же повторять? - не отводя очей от камня над ладонью, спросил княжич.
— Когда сумеешь это сделать, не задумываясь, тогда и покончишь, - промолвил в ответ Бессмертный.
Его рука опустилась. Взгляд застыл на Беловзоре.
"Поглядим, что выйдет..."
Взор чёрных глаз подёрнулся дымкой. Кащей лишь слегка повернул десницу, и персты его дрогнули, будто он пытался поддеть что-то, что никак не шло к нему в руки.
"Нить от сердца идёт багряная", - Бессмертный слышал собственные мысли будто из-под воды. Уши заложило.
Он попытался ещё раз – и снова тщетно.
Камень над ладонью княжича разлетелся горстью сверкающих осколков. Тот обеими руками схватился за виски.
— Воно что... - процедил Беловзор сквозь зубы. - Теперь-то я знаю, каково тебе приходится.
Кащей тут же расслабил руку, оставив попытки.
"Позже ещё попробую", - он на миг прикрыл глаза, а когда открыл – пелена спала с очей.
— Это от волшбы так? - решил проверить догадку княжич, подойдя к Бессмертному.
— Да, - слегка качнул головой тот, подтверждая его слова.
"Да не от твоей".
— У тебя так даже от маленького колдовства? - продолжал расспрашивать Беловзор.
— Чем дольше по ту сторону, тем ощутимее последствия, - отозвался Кащей, и лик его потемнел от каких-то воспоминаний.
Княжич на сей раз решил не допытываться. Лишь мимоходом коснулся его рукава, вкладывая в прикосновение всю ту участливость, на которую был способен. Бессмертный встретил это равнодушно, не изменившись в лице.
Беловзор не захотел прекращать урок. Он решил во что бы то ни стало сделать движения столь же совершенными, какими они были у Бессмертного. Тот время от времени приглядывал за ним, разбирая грамоты от князей.
Наконец, когда у княжича в ладонях камни стали возникать едва ли не за миг, Кащей взял со стола самоцвет.
В тишине раздался резкий звук – то камень стукнулся об пол. Беловзор подскочил от неожиданности. Колдовство развеялось. Он недоумевающе уставил взгляд расширившихся глаз на Бессмертного.
— Ни на что отвлекайся, - строго промолвил тот, легко наклонившись и подняв самоцвет с пола. - Будь сосредоточен.
Княжич выдохнул и, понятливо кивнув, продолжил. Каменья вновь стали появляться один за другим и бесследно растворяться в воздухе.