Забота, близкий – все эти слова задевали струны сердца Бессмертного, пусть он и скрывал это за насмешкой во взгляде. Кащей двинулся вдоль стены чертога с равнодушным видом, пригласив Беловзора за собой коротким движением длани.
— Положим, так. Значит, до такой степени тебе покоя твой вопрос не давал, что ты к Забаве Светозаровне решил обратиться, - Бессмертный многозначительно прервался на мгновенье. - Средь ночи.
— Нет, она тут не помощница, - усмехнулся княжич, нагнав Кащея. - Я хотел, чтобы она мне про колдунов в Яви рассказала.
Он боязливо передёрнул плечами под пристальным взглядом и спешно добавил:
— Стражи стали иначе со мною держаться. Необычно, не как прежде. С опасением, - осторожно поделился Беловзор, обхватив одной рукой запястье другой и сжав его. - Вот и пришло мне на ум разузнать об этом. К Ворону с таким не пойдёшь, а тебя тревожить мне не хотелось.
Бессмертный усомнился. Княжич вновь молвил:
— К слову молвить, что с тобою случилось? Закрылся так внезапно... - Беловзор опустил взглял и отвёл очи в сторону. В голосе прорезалась тоска. - ...даже от меня. Не из-за Забавы Светозаровны ведь?
— Не много ли ей чести? - презрительно прищурился Кащей.
Бросил как бы между делом:
— Колдовство новое попробовал, да не слишком удачно.
Княжич воодушевлённо вдохнул. Нутром он отчего-то чувствовал, что лучше не расспрашивать об этом. Может статься, дело было в том, как Бессмертный о том поведал. А может, в тени недовольства на его светлом лике. Как бы то ни было, Беловзор заговорил об ином:
— Я прежде никогда не видел, как ты ворожишь, - он озарился улыбкой. - Покажешь, как оно у тебя получается?
Кащей задумался. Мысли всё вращались вокруг Забавы, которая успела доставить ему забот только за последние сутки.
"Довольно она мне досаждала", - отрезал Бессмертный. - "Пора бы напомнить ей о почтительности".
— Приходи утром, - благодушно отозвался он. - Но сперва ответишь мне всё, что выучил о княжествах... - от него не утаился ни удручённый вздох, ни поникшая голова Беловзора. - ...ибо времени на повторение у тебя было вдосталь.
— Лучше бы мы с тобою ещё раз фигурки сотворить попробовали, - насупился княжич. - Я за тем приходил, чтобы узнать, нельзя ли мне без твоего присмотра колдовать.
Он остановился и поднял руку. Белые искры самоцветов вырвались из длани и заструились, обвиваясь вьюном вокруг десницы.
— Не вышло, вот я и подумал, что, раз уж ты на меня и так не глядишь почти, то с таким я и сам справлюсь.
Кащей уловил в голосе Беловзора упрёк, однако княжич говорил правду.
— Я не возражаю. Привыкай, - промолвил Бессмертный. - Я не могу вечно за тобой наблюдать.
Беловзор увлёкся. Каменья стали крупнее. Когда княжич согнул руки ладонями вверх, самоцветы сверкающей цепью перетекли на длани. Паря над кончиками пальцев, кружили перевёрнутой набок восьмёркой. Затем Беловзор стал играючи шевелить десницей так, будто лёгким её мановением поочерёдно подбрасывал камни в воздух. Те, повинуясь, взлетали выше. Княжич оставил одну руку согнутой, другую вскинул вверх и вытянул два пальца. Стал вращать десницей, ускоряя темп, и самоцветы закружились вихрем, выкладываясь в чёрном небе в листья и цветы.
Образы сменяли друг друга стремительно с небывалой лёгкостью, и Кащей, прежде словно околдованный этой нехитрой, но прекрасной волшбой, взглянул на Беловзора. Тот сосредоточенно хмурился, неотрывно следя за точностью исполнения. Но руки его двигались столь плавно и непринуждённо, что Бессмертный неодобрительно качнул головой.
"Волосы нужно обрéзать, покуда он ещё не понял, как важна их длина", - уверился в своём намарении он и вновь посмотрел на небо.
Наконец, когда кристаллы собрались в виде месяца, то рассыпались тучей мелких песчинок.
— Что скажешь? - окликнул Бессмертного княжич, утерев лоб, покрытый испариной.
— Твои способности порой поражают, - не стал таиться Кащей, взглянув на просиявшего Беловзора.
— Я стараюсь! - княжич не удержался и стал перекатываться с пятки на носок, чуть привставая на цыпочки.
Лестные слова окрылили Беловзора. Он трепетал от желания показать, что это не предел.
— И могу больше! - запальчиво заявил княжич. - Позволь доказать тебе завтра!
"Докажешь, если я не стану дёргать нить", - мысленно ответил Бессмертный.
Однако Беловзору он только согласно кивнул, чем вызвал новый прилив радости. Княжич упорно держал её в узде, точно ретивого коня.
— Послушай, дядя, - обратился Беловзор к Кащею, когда чувства отступили, и он наконец сумел выровнять дыхание. - Забава мне поведала о людях-колдунах такие страсти...