"В светлице холодно, а там, значит, нет", - думал Кащей, когда они зашли за ворота. - "Откуда только в этом тщедушном чудище силы так скакать берутся?"
Однако когда они разошлись, каждый к себе, то княжич, едва сняв шубейку и добравшись до ложа, рухнул на него камнем и тотчас уснул.
Глава 39. Об умных и глупых
Вереск неспешно шёл по переходу, вслушиваясь в бесконечное безмолвие да время от времени поглядывая по сторонам в поисках незакрытой двери.
"Эх, и не вовремя же ты запропастился куда-то, Беловзор", - с тяжёлым сердцем думал он. - "Вот худо будет, ежели я тебе так подарок и не вручу..."
Гонец открыл суму и, нащупав на дне гладкую дудочку, вытащил десницу.
"Обещал, вроде как. Нехорошо помирать-то, долг не отдав. Особливо, раз наверняка знаешь, когда к Маре отправишься", - совершенно свыкшись с думой о гибели, спокойно размышлял он. - "А ведь я, поди, скучать по ним по всем буду..."
Вереск думал, что уже давно готов встретить с распростёртыми объятиями подступившую так близко кончину; ему казалось, он смирился, но душу точило томящее ощущение. Будто тупым ножом кромсали там, где помещалось при жизни сердце. Гонец стремился подавить давящее чувство, да только никак ему это не удавалось.
Перед приоткрытыми дверьми в читальню гонец остановился, повинуясь неясному предчувствию. Но переступить порога не решался.
— Заходи что ли, глаза-то не мозоль, - бросил Добрыня раздражённо. - Нету там владыки, не дёргайся.
Вереск тут острее прежнего ощутил нужду непременно оказаться за дверьми. Будучи больше не в силах противиться, вошёл и увидал за столом Беловзора. Тот лежал на широкой столешнице, уместив подбородок на руки. Пред его глазами был пергамент, и гонец, подойдя ближе, смог увидеть, как зеницы пробегают строку за строкой.
— Здраве, княжич, - бледная улыбка придала расслабленному лицу гонца невинно-мягкое выражение.
Беловзор тотчас приподнялся и приветливо кивнул.
— Утро доброе, - откликнулся он. - Если ты пришёл меня на урок Забавы Светозаровны позвать, то мне не до ножей покамест.
Княжич мученически выдохнул и улёгся обратно по-прежнему.
— Надобно княжества повторять. Дядя спрашивать станет, - скучающе проворчал он.
Тотчас оживился, вскинулся.
— Правда, после он меня ворожбе учить станет, а...
Беловзор оборвался на полуслове и нахмурился. Уголки уст опустились. Он настороженно покосился на Вереска. Тот, всё это время покорно слушавший, увлечённо вскинул брови.
— Как успехи-то твои? - совершенно беззлобно полюбопытствовал гонец. - Я в этом ремесле вовсе не смыслю, да послушать всегда рад.
Княжич с подозрением отстранился к стене. Пальцы ухватились за край стола. Прищур никуда не делся.
— Разве ты не страшишься, как они?.. - неверяще спросил Беловзор.
— Кто? - изумился Вереск.
Взгляд его метнулся по сторонам, словно эти "они" могли быть прямо в горнице.
Голос княжича стал сух, в нём послышался булат:
— Остальные ратники. Они боятся меня, потому что я колдун, - Беловзоровы очи засверкали враждебными огнями. Челюсти сжались, а десницы незаметно для него самого переместились на грудь. - В Яви таких, как я, не жалуют. Здесь тоже избегают, хоть уже и живут в чертоге колдуна! Живут, благодаря ему!
Обида, переполнявшая княжича, была готова хлынуть через край. Лицо покраснело от натуги. Он, что было мочи, удерживал холод в жилах. Каждый палец словно проткнули иглы, и Беловзор сжал рукава кафтана, не меняя положения рук. Ткань насборилась там, где персты стиснули её.
— А я-то какое к другим имею отношение? - гонец тихо обошёл стол, провожаемый пристальным взглядом иссера-зелёных очей, и опустился на корточки сбоку от княжича. - За что на меня твой гнев обращён?
Он, взирая чуть снизу, видел, как постепенно расслабляются плечи Беловзора. Как на лице проступает понимание, смягчая посуровевшие черты.
— Мы с остальными ребятами единым умом не мыслим. Каждый всё по-своему разумеет, - добродушно продолжал объяснять меж тем Вереск, со вниманием глядя на княжича. - Приучены многие колдунов бояться, в самом деле. Что уж поделать, ежели привычка в человеке здравый смысл побеждает? На всех неразумных разве злиться теперь?
Беловзоровы уста дрогнули, искажённые виной. Он осторожно придвинулся ближе к гонцу, будто мог его спугнуть.