— Тебе к лицу, - заключил он тут же. - Чего это ты вдруг?
— Они мне ворожить мешали, - просто пояснил Беловзор и повернулся в сторону стола.
Взгляд сам собой упал на пергамент.
— Мы снова фигурки пробовали сотворить, - не отводя взора, молвил княжич задумчиво. - Дядя даже нарочно для меня разные из камня выточил, чтобы мне сподручнее было.
Ворон хмыкнул.
"Ну и ну, неужто во вкус вошёл?"
— Я о стольком поведать хочу, - Беловзор наконец посмотрел на слугу. На устах его всё так же сохранялся едва уловимый намёк на улыбку, отчего казалось, будто лик его озаряет мягкий внутренний светоч. - Но тебе, видно, не до меня сейчас.
— Твоя правда, - Ворон со вздохом покосился на кипу посланий, грозно высившуюся над столом. - Я хотел бы прежде с этим покончить...
— Долго... - проследив за его взором, заметил княжич с тоской. - Давно ли ты сидишь здесь?
— Вот уж не скажу, - пожал плечами слуга. - Знать бы, когда освобожусь. Мне теперь за двоих работать приходится. Забава покамест... - он замялся, выбирая подходящие слова. - ...не может.
Беловзор повесил голову.
— Дядя так и не отпустил её, выходит, - догадался он. Тяжело вздохнул. - Я ведь предостерегал от болтовни...
— Да и я тоже, - раздражённо щёлкнул языком Ворон. - А теперь вот, полюбуйся на это добро!
Он в сердцах махнул десницей в сторону писем.
— Будто мне и без того дел недоставало, - буркнул слуга в довесок.
Княжич воодушевляюще улыбнулся.
— Не ворчи, друже, - очи его вдруг чуть смежились и лукаво сверкнули. - Я тебе принесу чего-нибудь, порадуешься.
Загадочная ухмылка, очертившаяся на устах Беловзора, озадачила Ворона. Он усмехнулся.
— Ладно уж, ты ступай, - слуга придвинулся к краю и положил длани княжичу на плечи. - Думается мне, я уж скоро освобожусь.
Беловзор легко провёл ладонью по деснице Ворона в ответ.
— Свидимся! - отозвался он и вприпрыжку выскочил в переход.
"Пожалуй, про Вереска лучше покуда ему не сказывать", - проводив его взором, решил слуга.
***
Беловзор прыгал вниз по лестнице.
— ...три, четыре, пять, шесть... - каждый раз считал он со звонким щелчком каблуков о камень.
Вдруг он услышал журчащий девичий смех и остановился. Ухватился за перила и замер. Мимо неторопливо, точно в полудрёме, плелись лесавки.
"Вот Ворон не нарадуется поди, что их к зиме в сон клонит", - подумал княжич, усмехнувшись про себя.
Тут Ольха заметила его тень и подняла голову.
— О-о-ой, колдунчик, - пробормотала она с расслабленной улыбкой и плавно направилась в сторону Беловзора.
Тот испуганно выдохнул. Вздрогнул, взбежал вверх на несколько ступеней.
— Чего это ты меня шарахаешься?.. - лесавка остановилась на полпути.
Медленно обернулась, словно это что-то позади неё могло напугать княжича. Никого. Даже сёстры оставили её, такие же сонные, как и она сама, а оттого растерянные.
— Тебе тоже Славко каких-нибудь дуростей сболтнул? - протягивая слова, молвила Ольха, глядя на Беловзора снизу вверх.
Княжич высоко держал голову. Сжал челюсти, напряг спину. В глазах от потаённого испуга сверкали холодные искры.
— Нет, - прошептал Беловзор скупо
Он боролся с морозцем, колющим персты. Его мыслей всё не покидал образ ветвистой фигуры лесавки, затмившей всякий свет.
— Пойдём тогда играть с нами, колдунчик? - добродушно позвала княжича Ольха, не подозревавшая о его страхах. - Покажешь нам свои огонёчки волшебные...
— Не хочу, - отвечал Беловзор сверху.
Дыхание никак не желало выровняться.
— Ты хворенький поди? - лицо лесавки тотчас стало грустно, она издала жалобный полувздох-полустон. - Ты так давно к нам не приходишь. Тоскливо...
Княжич, что было сил, ухватился за перила рукой. Вихрем проносились в сознании думы.