Княжич посветлел лицом, и глаза его весело заблестели.
— Обожди, угля достану, коли ты пергамент принёс...
Вскоре все, кого подняли в последней битве, стояли стройными рядами перед Боем Ростиславичем и Беловзором. Теперь все те, кто ещё не видал княжича, следил за ним увлечённо. Беловзор хорошо понимал, что принимать его хоть сколько-нибудь серьёзно среди воинов не был намерен никто. Богатство кафтана ратников нимало не смущало. Княжич был не слишком высок, нескладно худ почти до измождения, и потому всё платье его, казалось, было ему не по размеру. Кабы не плечи, бывшие точно на своих местах, так можно было бы решить, что одёжу свою Беловзор за кем-то донашивает. Не было в нём ничего из того, что внушило бы почтение: ни тучности, ни росту, ни силы. Осанистость только, однако её одной было мало. Совиные очи, иссера-зелёные, с блестящими поперечными полосами в них, на остром лице, бледном, как снег, придавали княжичу вид скорее диковатый, нежели чинный.
— Меня зовут Беловзор, - неспешно проходя вдоль ряда, молвил он отчётливо и ясно. - И после вашего владыки я во всём чертоге главный.
Глас его, пусть не громкий, был звóнок, а речь – размеренна, по подобию Кащеевой.
— Дóлжно мне пересчитать вас да записать, как по имени величать, по батюшке, - княжич остановился у начала ряда и сложил руки на груди. - Кому положение его не по нраву, пусть из строя выйдет и назовётся.
Это Беловзор помнил по рассказам Ворона, и потому повторил точно за ним. Надеялся княжич на благоразумие их и просил Рода, чтобы отозвалось как можно меньше народу. С лёгкой тоской глядел Беловзор на тех, кто сделал шаг вперёд – чуть более сотни. Спрашивая имена воинов, княжич мог только о том и думать, что всякий вышедший сегодня же отправится из одного чертога в другой. В чертог Мары.
Теперь не было во взглядах, устремлённых на Беловзора, снисхождения или высокомерия. Он видел ясно: на него смотрели, как на старшего.
Глава 52. Когда гаснет луна
Ворон уж после узнал о Беловзоровой помощи. Против слуга не был. Наоборот, улыбнулся ему благодарно, и видел княжич – то было искренне, ибо очи его серые лучисто сверкали серебром.
День прошёл, за ним другой. Беловзор с большою охотой брался за поручения Ворона. Тот делил работу на ту, что княжичу по силам, и ту, что исполнить он не может. Беловзор беспрекословно брался за всё, что ему предлагали, желая освободить другу хоть немного времени.
Ночь пятого дня была темнее других. Княжич со слугою лежали поперёк Беловзоровой постели и глядели на стену, а позади них горела единственная напольная свеча, что её освещала. Княжич зацепил один большой палец за другой и прижал десницы друг к дружке так, чтобы вышло похоже на крылья. Поставил руки против света, и по стене вверх взмыла могучая птица.
— Гляди, Ворон, ястреб! - усмехнулся Беловзор.
Тот шугано передёрнул плечами.
— Ты чего? - княжич вопросительно обернулся. Побелевшее от неясного ему ужаса лицо друга в неверном свете показалось серым. - Спужался что ли? Это же тень!
Будто в доказательство, Беловзор пошевелил перстами, и птица-морок забила крыльями.
— Вот вздор ещё! - обидчиво покосился на княжича Ворон. Следом презрительно наморщил острый длинный нос. - Не люблю я их, гадов этих.
Беловзор непонимающе моргнул, хлопнув длинными ресницами. Опустив руки, поглядел сперва на них в изумлении, следом – на слугу.
— А чего?.. - пробормотал он растерянно. - Гордые птицы...
Ворон скривился так, точно ему кислое яблоко на зуб попало.
— Ну да. Нашего брата бьют – только и гляди. В небе встретишь – попробуй одолей, - процедил он. - Чтоб их Велес добычей обделил...
— Будет тебе, - улыбнулся княжич ободряюще. - Не страшно же.
Слуга пакостливо ухмыльнулся.
— Да ну что ты? А ежели так...
Он поставил ладонь ребром, указательный со средним пальцы прижал, два других оставил. А большой палец примостил над указательным так, чтобы только кончик торчал сверху.
— Ой, волк! - обрадованно выдохнул Беловзор. - Я тоже так хочу!
Он тотчас сложил персты так, как было у Ворона, и пустил своего зверя гулять по полю из света.
— Привет, - промолвил княжич, отставляя мизинец так, чтобы волк его открывал пасть.