— Эй, ты! - раздался резкий скрипучий голос снизу.
Колдун принялся вертеть головой, осматриваясь подле себя.
— Вымахал с нашей встречи-то последней, детина!
Беловзор наконец нашёл того, кто обратился к нему – сухонький человечек с длинным носом-сучком в желудёвой шляпке.
— Ты кто?.. - усмехнулся колдун. - Я тебя не помню.
— Никакого почтения, тьфу ты! - сплюнул дух с досадой, горделиво встав фертом. - Дуплич я!
Увидав гонца, он улыбнулся благодушно:
— А, касатик! Гой еси! - дух тут возмущённо указал вытянутым пальцем на Беловзора. - Осади-ка мальчишку! Я уж Ворону сколько годов назад сказывал! Опять этот... Кащеич безобразит! Ни тебе "здраве", ни почтения!
Колдун хотел было возразить, да не стал.
"Кащеич? Недурно звучит-то, пожалуй", - он приподнял уголки уст, исполненный щемящей гордости.
Вереск слегка поклонился. Достав пергаменту, начеркал живо пару строк и отдал написанное Беловзору. Тот пробежался глазами по буквицам.
"Ты на него не шибко серчай. Они с пнёвым дедом всегда так. Извинения попроси, даже ежели нет вины твоей, и они оба забудут всё".
Колдун хмыкнул.
"Ещё чего", - он возвратил гонцу его листок и встал.
— Ну вот коли я Кащеич, так и слушать не мне вас, а вам меня подобает, - ухмыльнулся Беловзор.
Вереск обеспокоенно обернулся. Дублич осердился, брови сдвинул, закричал:
— Нос не дорос ащё со мною тягаться! Ты, даже ежели и Кащеич, так не сам Кащей, чтобы приказы нам тут отдавать!
Колдун недобро смежил очи. В них сверкнули две яркие поперечные полосы.
— И что будет со мною за то, что я спросил, кто ты таков есть? - осведомился Беловзор вкрадчиво. - Дяде пожалуешься? И что он тебе на то ответит?
Дуплич вспомнил, чем кончилась их с Пнёвым дедом последняя попытка дойти до Бессмертного, и содрогнулся.
— Да тебе какое дело? - дух погрозил кулаком-веточкой. - Вот ведь дерзит, баловень! Ух и плачет по твоей спине тощей хворостина!
Гонец тронул колдуна за плечо. Тот перевел на него смеющийся взгляд. Затем – обратно на Дуплича.
— Веришь ли, но меня ею в жизни не воспитывали! Пойду, пожалуй, - Беловзор ухмыльнулся почти бесстыдно. - Передам дяде твой совет.
У духа подкосились ноги со страху, а колдун, смеясь, кинулся в лес. Вереск хотел было помочь Дупличу, да тот только воскликнул:
— Ты беги, останови его! Останови! Не то клочки наши Леший собирать потом станет!
Гонец кивнул и побежал за Беловзором.
Окликнуть колуна он не мог, пришлось скакать за ним через корни, продираться сквозь кусты. Княжич петлял, подобно оленю.
"Когда он только наловчился?" - подумал Вереск.
Однако, Беловзор очень скоро тяжело задышал, остановился и согнулся, переводя дух. Гонец поравнялся с колдуном и уставил на него прямой требовательный взгляд из-под сведённых бровей.
— Фуу-ух... - протяжно выдохнул Беловзор и выпрямился. Вскинул брови, столкнувшись с посерьёзневшим Вереском. - Ну неужто ты меня судить будешь?
Гонец вздохнул. Колдуну показалось, разочарованно. Он, в свой черёд, развёл руками, будто искренне не понимая, что такого сделал.
— Я ведь пошутил! - принялся объясняться Беловзор с укором в голосе. - Ну друже, что ты глядишь-то на меня, точно головы лишить собрался?
"А в самом деле", - рассудил Вереск. - "Ежели покумекать, так княжич-то только разве не поздоровался... Ежели не спужался, стало быть, владыка-то ему что-нибудь такое позволяет?"
Вереск выпустил воздух и расслабился. Прощая, потрепал примирительно колдуна по плечу. Тот усмехнулся.
— Не стану я дяде ничего говорить. Он не то что глядеть, он слушать меня не станет, - идя вслед за гонцом, молвил Беловзор, рассматривая носки собственных сапог. Оторвал взгляд от земли. - А что, писем-то много там было?
Гонец показал вытянутый вверх указательный перст. Колдун кивнул.
— Одно всего, - он хмыкнул.
"Значит, у дяди будет время со мною заняться, ежели он уже решил про огранку-то".
Вереска же более волновало то, что Беловзор увидал мост.
"Что он об этом думает?" - размышлял гонец. - "Ведь то, что он попросил меня его оттуда вывести, не значит ещё, что ему не захочется после пойти поглазеть, что там в Яви делается. Да ещё и тайком".
Вереск, мучимый догадками, извлёк из сумы исписанный с одной стороны листок.
"Но... Не должен разве я позволить ему это?" - он остановился, и колдун сделал то же. Недоумённо поглядел на гонца. Тот, терзаемый сомнениями, взглянул на Беловзора. Следом – на пергамент. - "Забава пыталась его к людям направить, и ничего путного не вышло... Нет уж, нехай сам узнает, когда придёт время".