— Огонь? Камнем с железкой?.. - усомнился колдун, переводя взгляд с одной ладони на другую. - А разве ж лес жечь можно?
Он осмотрелся, будто страстно желал кого-то отыскать. Поворотился туда, откуда пришёл, и громко позвал:
— Дедушка Леший!
Услыхав, что дверь избы со скрипом отворилась, Беловзор даже не дрогнул. Он терпеливо ждал. Слышал, как Яга спускается. Тяжело, грузно. Аккурат когда та вновь появилась перед колдуном с охапкой дров, пред ним предстал и Леший. Как привычно, в обличьи старика.
— А, Беловзорушка! Ну, гой еси! - улыбнулся тот добродушно, отражая выражение на лице колдуна.
— А ты давно с ним знаешься?.. - озадаченно нахмурилась ведьма.
— Давненько. Порядочком уже, - хмыкнул Леший, потрепав Беловзора по голове.
Тот ощутил стойкий терпкий запах осенней листвы и дубовой коры. Тепло усмехнулся.
— Вишь, добрый ростик, ласковый, - промолвил дух. - Всё-то, слышу, вы тут спорите, а чевось?
— Притащился, вон, - недовольно проворчала Яга, свалив дрова у трута. - Куда кресало моё дел, хапуга?
— Не станется с ним ничего, - буркнул колдун, протянув ей и кресало, и камень разом.
Ведьма выхватила их одним движеньем.
— Я учиться хочу! - запальчиво заявил Беловзор, в поисках помощи бросив взгляд на Лешего. - В травках понимать и лечить!
— Много чести, - отмахнулась Яга, перенося ветошь подалее от избы.
Там, в середине поляны, села на колени и принялась высекать искру. Колдун подбежал тотчас, стал глядеть во все глаза.
— А так позволено? - спросил он с сомнением, подняв глаза на вставшего за его плечом духа.
— Ежели с осторожностью, то отчего ж нет? - пожал тот плечами. - И тебе тоже можно, ежли приспособишься.
Леший предостерегающе положил Беловзору руку на плечо и промолвил, строго нахмурившись:
— Только гляди мне, чтобы ничего не погорело. Понял меня, колдунчик?
Тот резво кивнул с широкой улыбкой.
— Возьми ты уж его на обучение, - обратился тогда дух к ведьме, раздувавшей пламя. - Пусть сочтёмся на том, что я за него в ответе.
Когда пламя разгорелось, Яга с показной небрежностью махнула десницей.
— Так уж и быть... - выдохнула она с раздражением. - Но будет два условия.
Беловзор навострил уши.
— Первое – окажешь мне услугу через несколько лет в уплату за науку, - загнула костлявый палец ведьма.
— Какую?.. - с сомнением наклонил голову колдун.
— Как придёт время – скажу, - ухмыльнулась Яга. - Согласен?
Беловзор покосился на Лешего, но тот был спокоен. Тогда он неуверенно кивнул.
— И второе. Наберёшь мне мешок крапивы, - ведьма указала духу на избу. - Принеси ему тот, что поширше.
Леший исчез.
— Крапивы?.. - изумлённо переспросил колдун, выгнув бровь. - На что тебе цельный мешок? Нешто щи варить?
Яга фыркнула насмешливо.
— После узнаешь, - отозвалась она. - Будет тебе проверка, так ли ты хочешь учиться, как уверяешь.
Леший появился с мешком да таким большим, что Беловзору показалось, что он и сам бы туда целиком уместился.
— Так много...
— Ступай уж, - велела ведьма. - И чтобы плотно да под завязку!
Озадаченный, колдун сложил мешок и скрылся за кустами.
"Крапивы я ещё не искал..."
Глава 8. Одна пара рук хорошо, а дюжина лучше
Беловзор нашёл тенистое местечко с густыми зарослями. Крапива была ещё невысокой, со светлыми резными листиками. Колдун нагнулся, расправил мешок, чтобы было хорошо видно дно; встал, поставил руку в бок, задумался.
— Надо же было эдак ввязаться, - прищёлкнул языком Беловзор. - Чем собирать-то? Не голыми ж руками...
Он огляделся в поисках чего-нибудь подходящего. Покуда думал, его всё не отпускало леденящее ощущение слежки сотен глаз. Колдун время от времени двигал крыльцами, чуя на себе чужой пристальный взгляд. Вскоре к этому прибавился навязчивый сухой шёпот, что становился всё явственней. Голоса были разные, молили на все лады:
— Воздуха... нет воздуха... - хрипел один, словно удавленный.
— Вытащите камень... кто-нибудь... - шептал другой со всхлипами, точно давился слезами.
— Не вырезай!.. Сердце моё... Помилуй, княже! - вскрикнули за деревьями.
Беловзор поёжился, точно от мороза. Сжался.
— Что ж там за князья, что сердце вырезают? Волки какие-то, - его стало потряхивать. - И после такой-то жути вы против дяди смеете говорить?
Когда шёпот стал несносен до того, что заглушал мысли, колдун зажал уши руками и сел на колени. Приклонился к земле так низко, что ощущал запах весенней муравы.