В ответ на немой вопрос Кащея он продолжил:
— Пожалуйста?..
Мальчик замер, точно в ожидании чуда. Бессмертный от такого простодушия опешил. По лицу его пробежала тень, в груди что-то неприятно дёрнуло.
— Так и быть, - точно пробуя слова на вкус, протянул он.
Княжич тут же просиял и крепко ухватил Кащеев перст.
— Теперь я тебя отведу, - тут же зашептал Беловзор, словно какую тайну передавал. - Я от стражи слышал, покуда к тебе бежал!
Бессмертный скривился, но это осталось незамеченным.
— Просто скажи, куда идти, да ступай к себе, - он красноречиво задержал взгляд на мокрых прядях, свисавших на лицо княжича.
— Идти-то? В ту горницу, где книг много, - не стал скрывать последний. - А к себе я не могу...
В предчувствии неладного брови едва уловимо надломились; глас Кащея сделался тише:
— Что значит "не можешь"?
— Ну... - Беловзор понял, что сболтнул лишнего и замялся.
"Ворон бы придумал что-нибудь ", - вихрем пронеслось в голове. - "Не дам ему подставляться..."
Бессмертный терпеливо выжидал, взирая сверху. Лик его разгладился и сделался подобен изваянию.
— Понимаешь... - княжич стыдливо потёр шею и потупился. - У меня кровать сгорела, - скороговоркой брякнул он. Боялся раздумать.
Задрал голову вверх. Беловзор не мог сказать наверняка, был ли Бессмертный удивлён али рассержен. Может, даже зол, но он ничуть не изменился в лице.
— Я тебя слушаю, - молвил Кащей. - Как это вышло?
Он не ругал. Не кричал. Спокойная речь его заставляла содрогнуться пуще любой брани.
— Я просто... - несмело начал княжич.
Подобных шалостей он прежде не вытворял, а потому не знал, что за это бывает. Сознаться в истинной причине он не смог Ворону, а уж Кащею – подавно. Беловзор стал пунцовым лишь от мысли единой о том, чтобы сказать, что всего-навсего замёрз в своей светлице.
— Мне любопытно стало, чего это огнекамень всё в воде лежит, и что будет, ежели его вытащить, - повторил он то же, что говорил слуге. - А после я оставил его на ложе да так и уснул. Запамятовал.
— Куда Ворон глядел? - всё так же спокойно выспрашивал Бессмертный, будто они не о пожаре в горнице говорили, а о лесавкиных проказах
— Он не виноват! - замахал руками Беловзор, не сдержавшись. Правда, встретившись с ледяным взглядом дяди, он поутих, выдохнул. - Он занят был, а я тайком пронёс. И потом Ворон помогал тушить, - он сложил руки на груди, скрывая гордую улыбку. - И я помогал.
Княжич выдержал паузу, припоминая.
— А после я прибирал с лесавками, - досадливо вздохнув, скромно заключил он.
— Учту, что ты свой урок уже получил, а кое-кто только дожидает, - голос Кащея вновь стал громче, исчезли стальные нотки.
— Не наказывай Ворона, - тихо попросил Беловзор. - Ты на руку его погляди – сам всё увидишь.
— Занятно, - хмыкнул Бессмертный.
Поразмыслив, продолжил:
— Ну что ж, и где теперь твоя опочивальня?
— У Ворона, - коротко отозвался княжич.
— Скоро ты переберёшься обратно, - заверил Кащей. - Теперь ступай.
— Увидимся! - Беловзор махнул рукой и поспешил в светёлку, покуда дядя не удумал ещё о чём-нибудь спросить.
Глава 11. Грань
Наконец Бессмертный стоял пред дверью в ту самую "горницу, где книг много". Задержался на миг, погрузившись в раздумья.
"Чем он таким занят, хотел бы я ведать."
Кащей отворил и тенью прошёл в залу. Повернул голову. Сбоку, прямо у стены, на лавке сидели Ворон и Вереск, а перед ними на столе лежала раскрытая книга. Последний шевелил губами, бормоча себе под нос. Оба были так увлечены, что не обратили ни малейшего внимания на вошедшего. Слуга перелистнул страницу.
— Погоди пожалуйста, - обратился к нему гонец. - Я... не дочитал ещё малость, - робко добавил он.
— Само собой, - Ворон тут же исполнил просьбу.
Кащей хотел было прервать их, да Ворон заговорил вновь, и слова его удержали Бессмертного:
— Я поразмыслил и решил, что меч я тебе уж попытаюсь достать.
Видно было, как Вереск, точно не веря своим ушам, взглянул на слугу и расцвёл в благодарной улыбке. Кащей недобро усмехнулся про себя.