— Как ты здесь очутился? - тише обыкновенного спросил Кащей. Голос его, отразившись от стен, усилился сам собою.
— Дорогу у стражи узнал да и пришёл, - как ни в чём не бывало ответствовал Беловзор.
Бессмертный перекинул монеты в ларь спереди.
— Неужели вечер наступил? - усомнился он. - М-да, засиделся я сегодня, - рассеянно пробормотал Кащей.
— Да нет, не вечер, - хохотнул княжич. - Это просто я соскучился и пошёл тебя искать. Там снаружи дождик поливает, вот я и без дела.
С этими словами он с любопытством покрутил головой. Ни единого окна. Стены сплошь уставлены широкими резными ларями. Кроме того, в горнице помимо стола, за которым восседал Бессмертный, были и другие. Стояли на них шкатулки, в которых хранились безделицы, что Кащею особенно по душе пришлись.
— Соскучился?.. - тот в ответ нахмурился, точно не поверил.
Разве кто мог по нему скучать?
— Ну да, - Беловзор прочистил горло. - Ворон говорил, ты мне не рад будешь. Но ты ведь не против, коли я с тобой побуду маленько? - скороговоркой выпалил он.
Бессмертный взглянул на него изучающе, принимая решение. Беловзор глаз с него не сводил, не мигал даже, чтобы сразу уловить миг, когда тот согласие своё даст.
— Ничего не касайся и веди себя смирно, - помедлив, скрепя сердце промолвил Кащей. В груди его змеёй заворочалось поганое чувство, сдавившее рёбра.
— Тише воды, ниже травы буду! - просиял княжич и неспешно приблизился. Счастье било через край, хотелось смеяться, но мальчик держался изо всех сил.
Бессмертный настороженно покосился на него, напрягся всем телом.
"Он всегда вёл себя примерно. Не ослушается, не тронет", - стараясь заглушить червя, точившего его изнутри, убеждал себя тот.
Чтобы отвлечься от назойливых дум, зачерпнул монет в пригоршню – все из золота, да принялся пересчитывать, раскладывая попутно по размеру одно от другого в разные стороны. Беловзор внимательно следил за движениями умелых рук. Глядел – деньги будто летали по столешнице и сами один к одному складывались в сверкающие столбики. Их Кащей тут же сметал, и они со звоном падали в лари.
— А на что ты считаешь их? - немного погодя принялся допытываться княжич.
Вроде и боязно было дядю отвлекать – коленки дрожали – но любопытство взяло верх. Он добавил:
— Разве мало тебе?
Бессмертный не отвёл от поблёскивающих в неярком свете червонцев неподвижного взгляда, поглощённый своим делом. На миг Беловзора взяла досада – его будто и не услышали. Но Кащей всё же ответил, пусть и с неохотой:
— Проверяю, верно ли дань уплачена... - полушептал он, быстро собирая монеты в руку - ...три, четыре, пять...
Княжич недоумённо поглядел на Бессмертного, отставившего стопочку в сторону.
— А сразу, прямо там всё сверить?
— И там, и здесь... - между делом процедил Кащей, продолжая бормотать. - ...пять, шесть... Деньги вообще счёт любят... ...девять, десять.
Он сложил ещё один столбец.
— Сто, - он точным движеньем провёл ладонью по столешнице, и десяток стопок полетел с металлическим перезвоном вниз.
Беловзор проводил их глазами. Тяжело вздохнул.
"И рад, и не рад..." - он достал из-за пазухи рисунок, ещё раз взглянул на него и спрятал. Поднял голову, стремясь посмотреть Бессмертному в глаза.
— А ты скоро свободен будешь? - в голосе княжича промелькнула надежда. - Я тут... показать тебе кой-чего хотел.
— Позже, - сухо бросил Кащей.
В ларчик подле поникшего Беловзора небрежно отлетел золотой кубок. Тот заглянул внутрь.
— Мой хрустальный краше, - заметил он вскользь.
— Я с тобой согласен, - Бессмертный удостоил его лёгкого кивка.
Лик Беловзора тут же осветился блеклой улыбкой. Мальчик отошёл к стене, принялся рассматривать ларцы, украдкой прикасаясь к резным узорам.
"Он был бы недоволен, ежели бы я что-нибудь со столов взял", - решил для себя княжич.
На всякий случай оглянулся, проверил – Кащей на то не обратил внимания.
"Ну так я тоже буду считать", - пришло Беловзору в голову.
И он стал переходить от ларя к ларю, притрагиваясь к каждому и беззвучно, одними губами ведя счёт. Этому он уж давно обучился на самоцветах и умудрился теперь ни разу не сбиться.
"Много же их!" - подивился княжич, когда ларцы закончились.
После он принялся за столы и шкатулки на них. Сделал круг, вернулся к Бессмертному. Богатств у того на столешнице заметно поубавилось.
Ноги уже устали, хотелось присесть, да некуда. Почему-то клонило в сон.
— Дядя, - позвал Беловзор и тут же закашлялся.
Кащей перевёл на него пристальный взор.
— А сколько у тебя золота? – спросил княжич.
— Столько, сколько людям и не снилось, - сдержанно отозвался Бессмертный. Оторвался наконец от своего дела.