Отряхнула обеими руками подол. Подошла к кувшину, сняла блюдечко. Ей в нос ударил тёплый запах заваренных листьев. Забава налила отвару в чарку, зачерпнула ложку мёду, да направилась к Беловзору.
Едва старшая вошла внутрь, как преградила путь Ворону.
— Ты давай-ка, ступай, - строго молвила она. - Помог, и хватит с тебя.
Ворон хотел было возразить, да решил, что права Забава. Кивнул.
— Если ещё для чего я полезен буду, кликни меня, - не дождавшись ответа, он направился прочь.
"Поведаю Кащею, как тут дела обстоят", - решил слуга. - "Забаве не до того сейчас, а ему всяко знать нужно. И пусть это не моя забота, а в таких случаях смысла нет делить обязанности".
Старшая между тем подсела к изголовью ложа княжича.
— Что это? - увидав чарку, тут же спросил он. Только без обычного любопытства.
— Это отвар тебе, его надо выпить, - отвечала Забава.
Отставив чару, она помогла Беловзору полусесть.
— Не хочу я его пить, - просипел тот, когда чарка оказалась у него под самым носом. Постарался отодвинуться, вжался в подушку.
— Это лекарство, - строже промолвила старшая. - Чтобы жар ушёл.
— Оно горькое будет, - воспротивился княжич, скривившись.
— Я тебе дам сразу после него мёду, - она поднесла поближе ложку. - Давай-ка.
Мёд бы привлёк Беловзора, да только не в этот раз. Голова кружилась.
— Мне не хочется, - он отвернул головку в бок.
— Иначе хворь не выгнать, - настаивала Забава.
Мальчик только зажмурился пуще прежнего. Она надавила сильнее.
— А с лихорадкой ни к Ворону, ни к дяде никогда нельзя будет.
"Когда б ещё я так Кащея назвала", - про себя усмехнулась старшая.
Всё так, как она и рассчитывала. Княжич мгновенно повернулся к ней лицом.
— Тогда давай скорей, - он тут же осушил чарку, придерживая её обеими руками, за что получил обещанную ложечку мёда, и опустился на подушку.
— Теперь поспи немного, - сказала Забава, одарив Беловзора тёплой улыбкой.
Притронулась привычным движеньем к его горячему лбу да пересела на лавку.
Впрочем, княжич почувствовал такую страшную усталость, что и сам не заметил, как провалился в сон.
Едва он засопел, старшая на цыпочках прокралась за дверь.
"Слава Роду, заснул", - подумалось ей. - "Пойду теперь другими делами займусь".
Ворон между тем постучался в светлицу Бессмертного. Вошёл.
Тот, читавший, очевидно, недавно привезённую книгу, поднял на него очи. Пронзительный взор остановился на слуге. Кащей словно ждал не его.
— Владыка, - тут же склонился Ворон. - Я вести о Беловзоре принёс.
— Ах, да, - искры в глазах потускнели. Бессмертный, будто утратив любопытство, вернулся к книге - Говори.
— Горячка ещё не спала, но Забава Светозаровна дала ему отвар из малиновых листьев. Я читал, что он-де помогает при лихорадке.
— Это всё? - сухо промолвил Кащей, не глядя боле на Ворона.
— Да, - коротко проронил тот.
— Тогда иди, - отозвался Бессмертный.
Когда недоумевающий от его безразличия слуга скрылся за дверью, он задумался. Поймал себя на том, что не того ждал. Чего-то не доставало. Чего-то, что вошло в привычку, а он и не заметил.
***
Беловзор открыл глаза. Его знобило.
"Холодно-то как", - поджав ноги под себя, подумал он.
Прислушался. Мёртвая тишина. Темень. Слышно только, как мерно стучит сердце. Одеяло не спасало, хоть княжич и укрылся им с головой.
"Раньше тут не было так зябко", - он высунул наружу личико. Передёрнул плечами.
"У дяди очаг есть", - вдруг пришло на ум. - "Там вот натоплено должно быть".
Беловзор поднялся. В голову отдало стучащей болью. Опустил босые ноги в короткие сапожки да поплёлся к двери. Толкнул её, протиснулся в щель.
— Княжич? - раздался удивлённый шёпот стражника. - Ты ж вроде хворый. Воротайся-ка в постель.
— Отведи меня к дяде, - срывающимся на сипение голосом потребовал Беловзор. Не было силы на лишние учтивые слова.
— Погоди, - прервал его второй.
С сомнением обратился к напарнику: