"Не желал, как и кого бы то ни было другого", - невесело хмыкнул Кащей. - "Но..."
— Пришлось, - пренебрежительно бросил он, едва шевеля губами.
Бессмертный знал, что каждое его слово даже так ясно различимо.
— Для чего? - Налим явственно чувствовал, как тряслись поджилки.
— Недобрую ты мне службу сослужил, - отозвался Кащей без тени раздражения или досады в голосе. - Незачем тебе больше тут оставаться.
Стражник вдруг всё понял. Выпучил глаза. Потрясённый, отшатнулся, стал часто глотать воздух. Язык точно отнялся, присох к нёбу.
— П... пощ-щ... - он не мог вымолвить ни слова.
— Разве можно даровать мёртвому бóльшую милость, чем отпустить его в чертог Морены? - отвечал Бессмертный всё с тем же безразличием. - Так какой ещё пощады ты от меня ждёшь?
— Я не хочу мир покидать... - Налим затрясся крупной дрожью.
"Яге б тебя впору услышать", - выдохнул Кащей, безучастно смотря на нечеловеческие стенания мертвеца. - "Довольно этого".
Взор его точно заволокло туманом, и он, глядя будто сквозь Налима, развёл в стороны согнутые руки.
— Внемли речи моей, не живой и не мёртвый.
От его пугающе-приглушённого приказа Ворону стало не по себе. По спине пробежали мурашки. Слуга видел, как стражник оцепенел, подавившись причитаниями, и неестественно выпрямился. В пустых глазах сверкнули острые огоньки.
— Закончена служба твоя отныне. Пусть спадут оковы плоти, и примет тебя Морена, коли будет на то воля её, - завершил Бессмертный.
Едва последний отзвук его заклятия отзвучал, как стражник свалился на колени, точно подкошенный. Угасли безвозвратно осколки жизни в глазах. Челюсть отвисла. Налим испустил последний вздох и рассыпался костьми перед постаментом.
— Пусть это уберут, - сухо промолвил Кащей, обратившись к Ворону.
Тот поморщился от отвращения. Понятливо кивнул.
Бессмертный переступил через прах Налима и вышел в переход. Ворон показался следом. Отдал страже краткое распоряжение.
Кащей безмолвно указал слуге следовать за ним.
В светлице они столкнулись с Забавой Светозаровной.
— Ну наконец-то, - неприветливо начала она. - Я уж заждалась.
Бессмертный пропустил её слова мимо ушей. Прошёл вглубь светёлки и, придержавшись за стол, опустился на сиденье. Только сейчас старшая заметила, что глядит Кащей перед собою, да ничего не видит – морок взор застлал. Поёжилась, стоило ей вспомнить былое.
— Я хотела об одном дружиннике сказать, - начала было Забава.
Кащей её прервал на полуслове.
— Поздно, - бесцветно промолвил он. - Однако, ты можешь ещё поспеть и помочь прибрать его кости.
Старшая побледнела, отступила на шаг.
Уголок губ Бессмертного дрогнул.
— Ещё новости? - скупо спросил он, желая поскорее закончить с делами.
Забава старалась не глядеть ему в глаза, покуда отрывисто отвечала:
— Нет. Больше ничего.
Кащей благосклонно кивнул.
— Что ж, слушайте, - выдержав паузу, заговорил он. - С завтрашнего дня ты, Ворон, вернёшься к своим обязанностям писчего.
Тот удивлённо моргнул.
— Но не более, - голос Бессмертного стал твёрже. - Ключи по-прежнему останутся у меня.
— Как тебе угодно, - слегка склонил голову слуга.
— А на место Налима поставьте Дубыню, - продолжал Кащей. - Поглядим, каков он в деле.
Старшая равнодушно пожала плечами.
— Сделаю.
"Будто у меня есть выбор", - с тоской отметила она.
— Теперь оставьте меня, - отозвался Бессмертный, повелительно поведя дланью.
Ворон переглянулся с Забавой и кивком указал ей на дверь. Она поняла его без слов.
Когда они отошли от покоев Кащея, старшая обратилась к слуге.
— О каких костях он говорил? - непонимающе нахмурилась она.
— Он отпустил Налима, - с готовностью объяснил Ворон.
Забава опечаленно вздохнула, и плечи её поднялись.
— Поменяться бы с ним местами, - досадливо промолвила она.
— Кто знает, что нас ждёт, - уклончиво отвечал слуга. Лукаво ухмыльнулся. - Ученика бросать своего не жаль?