— Не припомню, чтобы ты от неё отказывался, - на устах первого заиграла гадливая полуухмылка. - Коли на то пошло, так, я чай, и тебе клопы по нраву?
Беловзор поперхнулся.
— То-то же, - вздёрнул острый нос слуга.
— Я думаю, что всего вкусней мёд, - как ни в чём не бывало, отвечал княжич.
Придерживаясь за ствол, подтянул ноги, уселся на корточки. Приподнялся, потянул на себя очередное яблочко. Сорвал. У того бочок налился бледным румянцем. Беловзор, приметивши это, тут же откусил. Вязко, древесно-терпко. Рот наполнился сладковатым водянистым соком. Держа яблоко в зубах, княжич достал ещё одно, отпустил, пытаясь дотянуться до других. Отпустил – и оно угодило Ворону точно по плечу.
— Беловзор, - потерев подбитое место, окликнул тот мальчика. - Меться-ка точней.
Княжич отвлёкся, посмотрел на слугу и молвил, откусив ещё от яблочка да вынув его изо рта:
— Я только хочу достать до тех, что выше висят. Они завсегда лучшие, - объяснил он тут же. - А куда бы тут ступить...
Беловзор вновь приблизился к стволу, вытянул не занятую ничем десницу, подпрыгнул – древо зашелестело листвой – уцепился за ветвь, ноги наверх закинул. Повис. Ворон, не скрывая того, следил за ним. Наконец обратился в птицу, подлетел да сел веткой выше. Каркнул.
— Легко тебе говорить... - выдохнул княжич, пытаясь сесть. - Мне бы тоже... - он поднатужился, напрягся. - Тоже бы крылья...
Напрасно. Птица не отрывала от Беловзора глаз-бусинок. Пытливо, рывком наклонила голову.
— Насмехаешься?
Княжич ногами обвил ветвь. Ещё раз дёргано извернулся, больше прежнего сил приложил. Руки отпустил. Успел перехватиться. Сумел сесть. Ворон издал одобрительный утробный звук – точно камешки в зобу его перекатывались. Беловзор, радуясь своей победе, лучезарно улыбнулся.
— Вот уж спасибо, - поблагодарил он. Слуга в ответ клёкотнул.
Княжич знай только собирал яблоки – их тут было великое множество. Ворон вёл его за собой, перелетая с ветки на ветку. Выбирал те, которые могли его выдержать, и тотчас садился на другую, стоило Беловзору подобраться ближе. Боялся, как бы ветви не обломились. Слуга времени не растрачивал попусту – где мог, перекусывал клювом черенки, и плоды падали наземь.
Наконец, стали княжич с Вороном помаленьку спускаться. Всё так же мальчик ступал птице вослед. Вот, слуга встал на твёрдую землицу. Наклонился, выискивая в траве сорванные им дички.
Беловзор шагнул к стволу. Нога вдруг соскользнула. Он сорвался. Вскрикнул, полетел вниз. Ворон встрепенулся – поздно: княжич глухо ударился, воздух выбило из груди. Слуга кинулся к нему. Уловил слабый болезненный вздох. Беловзор опёрся на руки, поднялся.
— Больно? - с жалостью спросил Ворон.
Княжич шмыгнул грязным носом, вытерся рукавом и молча перевёл взгляд на зиявшую на колене дырку.
Кожа содрана, всё платье – в земле и яблоках.
Слуга поджал губы, протянул ладонь.
— Возьми-ка меня под руку, - предложил он. - До чертога неблизкий путь будет, а ссадины промыть надобно. Я тебя к озеру отведу.
Угрюмо молчавший мальчик тут же оживился: очи живо загорелись. От предложения он не отказался – подхватил Ворона под локоть.
— Озеро? - Беловзор устремил на того любопытствующий взгляд. - А отчего я там раньше не бывал?
— Прежде мал был – нельзя с тобой далеко отходить от ворот, а после до сего дня не приходилось, - отозвался слуга и осторожно зашагал с княжичем через лес, не забыв прихватить и лукошко.
Озеро тёмным зеркалом раскинулось средь чащи. Тихое, широкое; деревья подступали почти к самому его берегу, а у водной кромки местами тянулись длинные пряди осоки. Княжич, подчиняясь таинственной тиши, и сам хранил молчание. Только всё в лике его – приподнятые брови, очи округлённые, да замершие после поражённого выдоха полуприкрытые уста – говорило о немом восхищении. Против обыкновения, не хотелось даже задавать вопросы. Ворон диву давался.
"Или слишком он после падения не в духе, или место тут в самом деле околдованное", - промывая Беловзоровы ранки, думал он.
Тут мальчик заметил, как гладь водная колыхнулась.
— Гляди, что это там? - прошептал он.
Слуга прищурился, внимательным взором окинул озеро. Ничего. Ни звука. Только ветер шумел в листве дерев.